Книга Позывной: "Дагдар". Часть 1, страница 38 – Артём Март

Некоторое время Зайцев колебался. Потом решился и достал свои характеристики. Затем порвал.

— У тебя есть куда это деть? — глуховато спросил он, протягивая мне обрывки.

— Есть. Давай сюда. Сожгу.

Замбой поджал губы. Покивал. Посидел ещё немного в мрачной, тяжёлой задумчивости.

— Ну… Ну тогда я пойду перепишу. И Коршунова попрошу.

— Давай.

Зайцев встал. Пошёл к двери. Однако у самого порога он обернулся.

— А ты? Ты напишешь?

— Напишу, — улыбнулся я.

Зайцев вздохнул.

— Спасибо.

* * *

Майор Градов вышел из штаба мангруппы, разминая затёкшие плечи. Вчерашний день вымотал его так, что даже сон не помог — всё равно проснулся разбитым, с тяжёлой головой и неприятным осадком в душе.

Он остановился у стены, привалился плечом к шершавому камню. Достал папиросу, прикурил. Дым потянулся вверх, принялся таять в утреннем небе. Солнце только поднялось, но уже припекало — день обещал быть жарким.

Искандаров стоял метрах в десяти, у входа в древнюю крепостную стену, который вёл в казематы, приспособленные под склад. Стоял один и задумчиво смотрел куда-то на горы, и дым от его сигареты тоже тянулся вверх, переплетался с утренней дымкой. Форма на нём сидела идеально — ни складки, ни пылинки. Даже после ночёвки в этой дыре.

Градов смотрел на него и чувствовал, как внутри поднимается глухое раздражение. Вчера Искандаров даже не подошёл. Прошёл мимо, будто их и не было. Будто они — пустое место. А ведь Градов по его просьбе собирал информацию, сидел над бумагами, посылал запросы. И отчёт отправил. И даже интересовался мнением майора относительно их дела. Однако Искандаров ему так и не ответил.

Градов докурил, придавил окурок о стену, щелчком отправил в пыль. И направился к Искандарову.

— Рустам Булатович, — сказал он, останавливаясь в двух шагах. Голос его прозвучал спокойно. По крайней мере, так показалось самому Градову. — Здравствуйте.

Искандаров улыбнулся. Приблизился. Протянул руку.

— Здравствуйте, товарищ майор.

Градов поколебался несколько секунд. Потом пожал узковатую, затянутую в перчатку пятерню Рустама. Не смутился тем, что Искандаров не счёл нужным снимать перчатку. К этому все уже давно привыкли. И многие знали причину такого поведения майора.

— Вы что-то хотели? — спросил Искандаров добродушно.

— Можно вопрос? — голос Градова прозвучал несколько более требовательно, чем он хотел.

Искандаров посмотрел на него совершенно спокойно, без всякого удивления. Лицо у него было уставшее — под глазами тени, у губ залегли складки. Но глаза оставались холодными, цепкими.

— Слушаю, Александр Петрович.

Градов достал новую папиросу, но прикуривать не стал — закрутил её в пальцах, стал разминать, шевеля табак внутри.

— Я слышал, вы сегодня на Рубиновую едете. Один. — Он сделал паузу, давая словам осесть. — Без нас.

Искандаров молчал. Смотрел на него и молчал. Только дым из его сигареты поднимался ровной струйкой и таял, уносимый утренним ветерком.

— Вы просили меня собрать информацию по прапорщику Селихову, — продолжил Градов. — Я собрал. Отчёт вам отправил. Даже интересовался вашим мнением. — Он усмехнулся, но усмешка вышла кривая, злая. — Вы меня проигнорировали. Вчера даже не подошли поздороваться.

Градов замолчал. Наконец прикурил, выпустил дым в сторону.

— Я понимаю, у вас высокие дела, — добавил он тише. — Но мы тоже не мальчики на побегушках, Рустам Булатович.