Книга Тень «Пересмешника», страница 53 – Артём Март

Я понимал — чуть-чуть поднажму, и он обмякнет. Опасность была одна — пистолет.

Нет, я прекрасно видел, что выстрелить ошарашенный дух, да еще и из такого неудобного положения, просто не сможет. И все же если он нашумит, привлечет к дому девушки лишнее внимание, то еще сильнее усложнит нам жизнь.

И эту неприятную проблему решил Муха. Он буквально вцепился в пистолет, стараясь не дать духу выстрелить. Силой вырвал его у душмана из пальцев. Тот, словно бы этого и не заметил. Тут же схватил меня за рукава, стараясь оторвать руки, обвившие его шею.

Душман пыхтел, сучил ногами, скалил не очень здоровые зубы, стараясь продохнуть.

— Дима! — Полушёпотом крикнул Муха.

Волков тут же вылетел из женской с веревками в руках.

Наша возня закончилась только тогда, когда Муха наставил дуло нагана душману прямо в лицо. А потом сказал несколько слов на дари.

Дух уставился в темное жерло ствола пистолета. А потом застыл, перестав бороться.

Я тоже ослабил хватку. Душман, стараясь продышаться, медленно отпустил мои руки, показал Мухе грязноватые ладони.

Я тут же пихнул душмана, заставил его улечься на землю. Сам — прижал его коленом между лопаток.

Подоспевший Волков принялся вытягивать ему руки из-под груди и заламывать за спиной.

— Теперь надо действовать быстро, — сказал я, — и по плану.

— Протащить этого сукина сына через весь кишлак будет непросто, — выдохнул Волков, подняв на меня взгляд. — Может… Может, разумнее будет подождать тут до темноты?

— Времени только шесть вечера, — возразил я. — До темна еще три с половиной часа. Если его хватятся дружки, нам будет туго. Да и в темноте им проще будет устроить нам засаду. Нужно действовать как можно быстрее.

— Раненый солдат все равно привлечет к себе внимание, — выдохнул Волков, затягивая на запястьях душмана веревку.

— Да, привлечет, — согласился я. — Но меньше чем схваченный местный. Да и объяснить это старейшинам будет проще. Если возникнут вопросы.

— Но все равно… — Буркнул было Волков.

— Давай без пререканий, — прервал его Муха, озираясь к двери и окнам, — плана лучше Сашкиного у нас нет. Действуем по нему. Тащи…

Он не договорил. Все потому, что снова раздался стук в дверь.

Мы все как один затихли.

— Усто́д Муамма́р! Хама́ хуб аст? Садо́хо шиносида́м! — Раздался вдруг очень мягкий и взволнованный мужской голос.

— С-с-сука… Кого там еще?.. — Прошипел Муха.

— Пистолет, — шёпотом проговорил я, протягивая Мухе руку, — пистолет, быстрее.

— Устод Муаммар? — Снова спросил голос из-за двери.

Муха торопливо передал мне ствол, и я тут же ткнул им в щеку душману. Прошипел ему:

— Хоть слово, и я тебе башку продырявлю…

Душман, зло зыркнувший на меня, кажется, все понял. Хотя взгляд его оставался злобным и полным ненависти.

— Ферштейн? — С издевкой спросил я.

Душман опустил взгляд. Едва заметно кивнул, ясно уловив намерения.

Я глянул на Муху.

— Давай, старший лейтенант. Действуй.

— Чего? — Муха выпучил глаза. — Опять?

— Не опять, а снова. Больше у нас тут на дари никто не болтает…

* * *

Старый торговец Муса был очень благовоспитанным. А еще он всегда оставался добрым и приветливым соседом.

Вот и сегодня вечером, когда он возвращался с базара к себе домой, то услышал в доме своего давнего и хорошего знакомца Муаммара странный шум.