Книга Изгнанник, страница 108 – Женя Гравис

Но Сонин взгляд зацепило даже не это несоответствие, а марка вина, которую собирались подавать на приеме. Название показалось ей очень необычным, но почему-то знакомым… Где-то она его уже слышала. Где?

Она закрыла глаза и попыталась вспомнить. И тут же как будто издалека до нее донесся чувственный флиртующий голос:

«– Однажды я танцевала в Мадриде с королем…

— И он после этого на вас не женился?

— Увы, как видите. Корона мне не досталась, лишь слезы короля».

Домна Каталина рассказывала об этом за ужином в ресторане «Терраса» незадолго до своей смерти. Слезы короля… А что, если она говорила не буквально, а имела в виду это самое вино? Что, если она была на том самом приеме, где его подавали?

Соня пролистала газеты после 12 октября – конечно, смерть русского посла стала громкой сенсацией, а в некоторых изданиях даже заняла первые полосы. Писали о ней довольно подробно, строили различные версии. Сходились газетчики лишь в одном – князя отравили хлоридом ртути, подсыпав яд в вино.

Соня вдруг вскочила, бросилась к книжным полкам, что стояли рядами слева и справа. Это же библиотека, тут все разложено по темам и упорядочено. И если есть словари и справочники, то они должны быть где-то вместе. Здесь!

Она лихорадочно бежала пальцами по корешкам, пока не наткнулась на то, что искала. Ну и что, что нужный том на неизвестном языке! Диос милосердный, храни Румынию, которая так бережно хранит традиции Римской империи и в особенности ее полумертвую латынь!

Соня выхватила увесистый том с полки и начала судорожно перелистывать страницы, надеясь лишь на то, что искомое слово будет похоже на латинский аналог и ее догадка подтвердится.

И слово нашлось. Сонин палец замер на очередной странице, и она, затаив дыхание, прочитала заголовок: Sulema (clorură de mercur). Дальше шло длинное объяснение на румынском, но оно уже и не требовалось. Названия было достаточно.

Соня медленно присела на стул, уронив тяжелую книгу на колени.

Воображаемый попугай деловито задрал крыло, выдернул оттуда такой же призрачный мусор и невозмутимо спросил: «Ну что, теперь у нас есть версия о том, кто убил русского посла?»

Соня молча кивнула и задала про себя следующий вопрос: «Но если так, то кто же тогда убил убийцу?»

— Прекрасные голубцы, хоть и зовутся сармале! Не хуже, чем у нас в Минске! Феврония Савельевна, любезная моя, берите два. Нет, три.

— Непременно, дорогой Макар Ефимович. Сметанки вам положить?

— Кладите, душа моя, с горочкой! И этого чудного рагу по-свинопасски, с перчиками.

— А кровяночки?

— Непременно кровяночки! Эх, дивно делают, чеснока не жалеют! – Купец Король откусил кровяной колбасы и начал жевать с блаженной улыбкой на лице.

Вокруг него громоздились тарелки и горшочки с мясом, пирогами, фаршированными кабачками, колбасами, сырами… Макар Ефимович поглощал это все с невероятным аппетитом. Феврония Савельевна от него почти не отставала, но при этом успевала смотреть на супруга с выражением глубокой сердечности и умиления на лице.

— Я вижу, вы полностью сменили режим питания, – сухо заметила Леокадия Павловна, разрезая ножом шницель.

— Именно так! И, знаете, сразу почувствовали себя гораздо лучше. Вот что значит правильная еда и чистый климат! И зачем мы мучились все это время, не понимаю.