Онлайн книга «Эффект Годзиллы»
|
— Наконец-то познакомились! — Я придвинула свой стул поближе к экрану, стала смотреть и слушать внимательно. Сушкин рассказывал, как его компания отыскала затонувшее судно и подняла с него ценный груз. Ведущий программы восхищался прозорливостью, целеустремленностью и решительностью Алексея Петровича. Тот с удовольствием принимал комплименты и бахвалился: — Конечно, я свое богатство не просто так получил, ради своей цели огонь, воду и медные трубы прошел! «Как интересно», — подумала я… Помешав додумать мысль, скрипнула дверь, и я оглянулась. Тетушка дважды загнула пальчик, подзывая меня, и я вышла, оставив Сушкина на экране горделиво выпячивать грудь перед пустым залом. Как говорится, так проходит слава мирская… Ни Сушкина уже нет, ни публики, которой интересны его подвиги. — Идем, такси уже ждет нас. — Ираида Великая зайти в чужой музей не пожелала. Мы сели в машину — тетушке помог забраться в салон славный Петенька — и отчалили. Я терпеливо ждала. Она заговорила о деле, лишь когда бизнес-центр остался далеко за бортом. — Вот что я узнала: сама дочь Сушкина в «Русморе» еще не появлялась, но от нее уже звонили. Папин бизнес, как мы и предполагали, достался ей, и дальнейшая судьба его неизвестна. Высший менеджмент сомневается, что у Татьяны хватит ума и компетенции рулить проектами папы. — Высший менеджмент — это Марина Игоревна, с которой ты разговаривала? — Мне стало обидно за незнакомую Татьяну, которой заранее пророчат неудачу в делах. — Но она ведь тоже женщина, а как-то рулит! — Она не рулит, лишь охраняет штурвал, пока не появятся крепкие руки, — усмехнулась тетушка. — Именно поэтому ее не удивил мой визит. Она подумала, что я представляю кого-то, заинтересованного в покупке специфического бизнеса. — У тебя есть такие богатые знакомые? — Я вспомнила золотой хронометр на запястье Сушкина. Пока тетушка помалкивала, провожая взглядом исчезающий за бортом такси забор «Русморя», я успела посмотреть в интернете, сколько стоит такая побрякушка. Оказалось — порядка пятидесяти тысяч долларов. — И не такие есть, — горделиво обронила тетушка. — В принципе, я действительно могу рекомендовать потенциального покупателя компании. Но важно не это. Марина Игоревна дала мне телефончик доверенного лица Татьяны, через него мы сможем выйти на нее. Что скажешь, я молодец? — Не то слово! Великая Ираида — Сама Сокольская! — Я символически поаплодировала. — Слышала, так тебя называли в кулуарах «Русморя». — Помнят еще, значит, — довольно улыбнулась тетушка, зевнула в кулачок и смутилась: — Прошу прощения, эти деловые визиты так утомительны… Она завозилась, устраиваясь поудобнее с явным намерением подремать, и я не стала настаивать на продолжении разговора. Тем более нас ждала Ирка, вроде бы восстановившаяся и жаждущая снова участвовать в расследовании, что означало: придется ей все пересказывать. В двухэтажной квартирке на Петроградке нас с тетушкой дожидались Ирка, Волька и суп с фрикадельками. На страже фрикаделек, которые при наличии кота кого-то другого вполне могли и не дождаться, стояла Ирка с половником. Волька, судя по встопорщенным усам, уже схлопотал по наглой серой морде, но искренне считал себя несправедливо обиженным и прибежал жаловаться хозяйке, едва мы вошли в прихожую. Он бухнулся задом тетушке на туфли, воздел передние лапы и начал взывать к справедливости, страдальчески подвывая: |