Книга Эффект Годзиллы, страница 80 – Елена Логунова

— Так у него же была сказка про принцессу, которая целовалась со свинопасом! Или не у него? — Архипов усомнился, замолчал, защелкал клавишами. Не иначе, полез в интернет проверять информацию. Вернулся в полной уверенности: — Точно, у него! А у Сушкина доча, как та принцесса, с кем-то из простых мутила.

— У Андерсена свинопас был не простой, им притворялся принц. — Я это и без интернета помнила.

— Так, может, и у Сушкиной дочи, то есть у дочки Сушкина, жених был не простой, а очень даже затейливый: убийца-мститель! Ты не дослушала: в мессенджере, которым Таня уже не пользуется, осталось одно-единственное сообщение от Сушкина. Хочешь знать какое?

— Не тяни.

— А вот такое: «Запомни: этот ишак принцессу и полцарства не получит! Только через мой труп!»

— Это папа ей написал?! — ахнула я. — А она сохранила, чтобы реально не забыть. Ну и ну… Понимаю твои подозрения. А что насчет личности ишака, она не прояснилась?

— Пока нет, говорю же, Таня из соцсетей основательно выпилилась, так что ни упоминаний ее любимого ишака, ни его фото нет. Но мы еще поищем, где-то же должны торчать ослиные уши, — сострил Архипов.

Я благословила его продолжать поиски, и на этом мы закончили.

Очень хотелось с кем-нибудь обсудить то, что я узнала от Вадика, но Ирка, мой верный Ватсон, лежала в больнице хоть и не с пулей в голове, но с дыркой в памяти, и говорить с ней о том, что она позабыла, не имело никакого смысла. Поэтому я позвонила Маре.

— Так кто, ты думаешь, убийца: разобиженная дочь или отвергнутый ее отцом жених? — выслушав меня, спросила она.

— Или он, или она, или они вместе. На тебя у мусорки кто напал — мужчина?

— Да я не разглядела, это произошло крайне неожиданно и очень быстро, — подосадовала Мара. — Может, мужик, может, баба…

Она немного помолчала и, поняв, что с этой стороны мы к убийце не подберемся, взгромоздилась на своего профессионального конька-горбунка:

— А почему, как ты думаешь, Сушкин назвал жениха ишаком? Не потому ли, что тот ужасно упрям? Это качество хорошо сочетается с образом убийцы, мстящего за давнюю, но не забытую обиду.

— А ты права. — Я вспомнила, что и психобот что-то такое говорил.

Быстро открыла файл с составленным ИИ психологическим портретом убийцы: ну, точно. «Вероятно, мотив преступника коренится в глубоко личной травме, которую он связывает с жертвой. Возможные варианты: унижение или разрушение карьеры на предприятии; гибель близкого человека из-за решений жертвы; месть за реальную или мнимую несправедливость».

— Надо бы поговорить с дочкой Сушкина, — подумала я вслух. — Вот только как ее найти?

— Да чего проще? Если она единственная наследница, значит, будет принимать дела. Наверняка появится в папиной компании, — на редкость здраво рассудила Мара. — Есть адрес офиса?

— Есть. — Эта информация имелась в справке от Архипова.

— Можно на следующей неделе туда съездить.

— Давай. А почему не завтра? — Я не люблю проволочек.

— Завтра уже пятница, кто начинает дела в канун уик-энда? К тому же есть надежда, что к понедельнику Ирка будет в норме, поедете с ней вдвоем.

Я поняла, что сама Мара не жаждет составлять мне компанию и активно участвовать в расследовании.

Настаивать я не стала.

Лучшего Ватсона, чем Ирка, мне не найти. Подожду ее.