Книга На афганской границе, страница 41 – Артём Март

— Вранье! — Заголосил Дима, — вранье это все! Они к девчонкам приставали! Мы заступились, ну и вот!

— Ты давай, гитару опусти, сынок, — сказал усатый милиционер. — А лучше вообще брось!

По погонам я понял, что это был старший лейтенант. Видимо, главный в наряде, сопровождавшем поезд на всем пути дальнего следования.

Дима, недолго думая, кинул гитару на платформу. Она издала последний стон и благополучно переломилась в месте склейки грифа с декой.

— Да еп твою… — выругался гитарист, наблюдая за кончиной своего инструмента.

— Так! Все задержаны! Сейчас разбираться будем! — Крикнул усатый милиционер.

— М-да-а-а-а… Дела-а-а-а… — Протянул начальник станции, солидный мужчина с благородными залысинами на висках.

Потом зевнул, прикрыв рот рукой. Сощурил сонные глаза.

— Так мы ж познакомиться просто хотели, — борясь с собственным языком, промямлил дембель, что вышел из поезда в кителе.

Его китель, кстати, после всей случившейся свистопляски, вымазался в осенней грязи и стал напоминать очень красивую половую тряпку.

— Тоже мне! Женихи! — Вздернула маленький носик кудрявая девчушка, — пришли, перегаром дышут, лыку не вяжут! Да еще и за руки хватают!

Она сердито хмыкнула и отвернулась. Закинув ногу на ногу, скрестила ручки на груди.

— А вот этот молодой человек, нас очень выручил, — кивнув на меня, тихонько проговорила девушка в трубе.

Правда, сейчас свою трубу она сняла, показав всем красивые, цвета пшеницы, длинные волосы.

— Если б ни он, мы бы никогда не отделались от этих мужланов, — скромно добавила она.

В маленьком кабинете начальника станции, вызванного из дому по случаю ЧП, было многолюдно. Сюда набились все: шестеро дембелей, их битый ими же лейтенант; мы с Димой и Васей; две девчонки, которых разыскали милиционеры; красный от злости Машко; наряд поезда, возглавляемый усатым старлеем, и начальница — полная короткостриженая дама под пятьдесят.

Из местного отделения милиции даже приехал дежурный наряд ППС.

— И что мы с вами, товарищи дембеля, делать будем? — Спросил усатый старлей милиции.

— Высадить их! Высадить, и дело с концом, — сердито ответила начальник поезда, — мне на поезде такие дебоширы не нужны!

— Разрешите, — скромно встал дембельский лейтенант, — как так высадить? Нам же завтра сходить…

— А нечего было драки устраивать да к приличным людям приставать!

Дембеля, поникшие, когда их завели в кабинет, казалось, загрустили еще сильнее.

— Ну, так никто не пострадал же… — Не очень разборчиво пробубнил лейтенант, приложив платочек к губам, — никакого имущества они не попортили.

— Как же никто не пострадал? — Хмыкнул усатый старлей. — А вы?

— Ай, да ничего, бывает, — отмахнулся избитый. — Служба — дело такое. Никогда не знаешь, чего ждать. А ребята мои — хорошие. Вы их поймите, отдали долг Родине, ну и на радостях, вот… Ну разве ж можно им по таким пустякам, как мои зубы, домой дорогу перекрывать?

Начальник поезда нахмурилась. Шепнула что-то на ухо усатому. Тот поджал губы недовольно. От этого его усы смешно ощетинились.

— Раз так, тогда и Селихова ссадить, — заявил Машко, — это он весь этот дебош устроил! Я таких насквозь вижу! Одни проблемы от них! А я сам рапорт начальству напишу, о его преступлениях!

Сережа с Димой удивленно переглянулись.

— При всем к вам уважении, — начал я холодным тоном, — если бы товарищи лейтенанты не водку жрали в купе, а следили бы за порядком, такого бы не было.