Онлайн книга «Ученик Белого Дьявола 8»
|
Вывод? Находящийся на орбите недруг, имеющий доступ к камерам, дал приказ личному ИскИну следить за мной на «Магеллане». Это не рядовой сотрудник, а минимум офицер… И он связан со службой безопасности. Не хотел марать руки и потому дал на меня наводку коллегам в Стиксе. [Понятно,]— перед глазами встала наглая морда Гобба Тоша, влепившего мне плохую характеристику. — [Вот кто мне пытается жизнь испортить. Вопрос в том, зачем ему это? Я эту рожу всего раз в жизни видел. А он, в свою очередь, уже дважды проявлял инициативу.] За мной пришли через час всё те же мордовороты с лицами, не обременёнными интеллектом. Они вежливо предложили дважды пройти через сканер тела. Теперь уже стационарный, а не переносной. Уловив мои сомнения, Адъютант доложил: — Повелитель, вам не стоит волноваться. На столь примитивном устройстве бионический имплант Древних невозможно обнаружить. Мордовороты потребовали сдать нейроком. — На каких основаниях? — С улыбкой смотрю на стражей порядка. — Для начала вы должны предъявить мне обвинение и обосновать отключение от единственного доступа к сети. Мордоворот секунд пять пытался осмыслить услышанное. Затем от злости аж покрылся пятнами и рявкнул: — Ты чё, здесь самый умный? Снял быстро! Я же постучал пальцем по виску. — Напомню вам про Колониальное право и права мигрантов. У меня нет импланта, но есть линзы, работающие сейчас в режиме записи. Нейроком транслирует всё это наружу. А благодаря базе юриспруденции третьего ранга я точно знаю свои права. Вы хотите дальше ТРЕБОВАТЬ, чтобы я снял записывающее устройство? Подскажу. Максимум вы можете просить об этом. Мордоворот попыхтел, переглянулся со своим коллегой, но в итоге всё равно заткнулся. Нейроком — это записывающее устройство. При небольшом желании в него можно подбросить лишнего. Через пару минут меня привели в комнату для допроса. В углу у потолка висит камера с высоким разрешением. Стол, два стула. Причём тот, что для подозреваемого, специально сделан дискомфортным. Мало кто знает, что это не просто предмет мебели, а средство наказания. Стул меняет форму, становясь максимально узким для преступника. Он чуть уменьшается в размерах, заставляя сидеть задержанного гражданина в неудобной позе. И главное! С подогнутыми ногами. [Человек, которому удобно на допросе и НЕудобно, — это чуть ли не два разных человека. Первый легче идёт на контакт, а на второго проще надавить… Мой случай — третий.] Подумав секунду, я поменял стулья местами, сев на тот, что предназначался для следователя. Почему? Да потому что правила и законы этого не запрещают. А играть на чужом поле и по чужим правилам я не собирался с самого начала. Через долгих сорок пять минут всё тот же лейтенант сел напротив меня. Рост под два метра, упрямый волевой взгляд и кулачищи размером с молот. Он начал говорить, едва зайдя в помещение. — Меня зовут… — Лейтенант Капрон, фамилии нет, — закончил я за стража порядка. — Я знаю, кто вы, как и всех, кто участвовал при задержании. Нам ведь сейчас предстоит непростой разговор?.. С улыбкой указываю на свободный стул. — … Раз уж мы играем по вашим правилам, прошу, присаживайтесь. Начнём с весьма серьёзного диалога о нарушениях. — Вторую часть фразы я произнёс с таким видом, будто действительно волнуюсь. |