Книга Третий Всадник, страница 11 – Алексей Валерьевич Шмаков

Романов остановился и посмотрел в потолок, словно беззвучно молился кому‑то. Затем тяжело вздохнул и повернулся к нам.

— Скажите спасибо этой перечнице за то, что именно она активировала заклинание. К Орловой претензий будет на порядок меньше. Многие ей обязаны и закроют глаза на произошедшее. Но я должен быть уверен, что вы не активировали заклинание раньше.

— Что же мы, дураки, весь день ходить со зрением, которое напрочь игнорирует верхнюю одежду? — возмутился я. — Да и не извращенцы мы, чтобы на всех подряд пялиться. Были обозначены конкретные цели…

— Хватит… — остановил меня Романов. — Я всё понимаю: четырнадцать лет, — взгляд Петра Дмитриевича задержался на Гришке, чьё лицо было усеяно прыщами, — пубертат, мальчикам начинают нравиться девочки, ваши тела претерпевают изменения…

— Вы нам сейчас будете лекцию о сексе читать? Тычинки, там пестики? Да? — спросил я, пытаясь не сильно улыбаться.

Просто подобного точно не ожидаешь от главы тайной канцелярии, который вызывает тебя к себе на ковёр. А он сейчас явно собирался рассказать нам с Гришкой о более тесных взаимоотношениях между мужским и женским полом.

— Так мы уже всё знаем. Интернетом пользоваться умеем. Да и в учебнике по анатомии за этот год всё подробно описано. Нам даже презервативы выдавали.

— Классные из них водяные бомбочки получились. Азарову накрыло целиком, — припомнил Гришка.

Правда, мы оба сразу же поморщились. Это воспоминание породило более свежее, совсем не такое приятное. Ольга Леонидовна была едва ли не первой, кого мы увидели после активации заклинания.

Брррр.

Как вспомню, так сразу в холодный пот бросает. У бывшей жены Каспера там и то всё лучше выглядит. Всё же далеко не последняя целительница в империи. Поддерживает тело в тонусе.

— Так, что‑то вы пытаетесь уйти от разговора, — помотал головой Пётр Дмитриевич. — Никаких лекций я вам читать не собираюсь. Прекрасно знаю, на какие сайты заходите и что там смотрите.

— Это возмутительно! Никакой личной жизни! Мы будем жаловаться!

Чисто для приличия начал возмущаться я, но Романова это ни капли не испугало. Он иронично улыбнулся, достал телефон, быстро набрал номер и сунул мне.

— Жалуйся.

На экране высветилось: «Борис Алексеевич». Пришлось срочно скидывать, пока никто не взял трубку. Я же так… несерьёзно возмущался…

— Я пошутил. Не собираюсь никому на вас жаловаться. Разве что Иллариону и Ленке с Мирой. Хотя они и без меня знают, какой вы…

Договаривать не стал, наткнувшись на уставший взгляд Романова.

Ну да.

Перегнул.

Нормальный он мужик и работу свою отлично выполняет. А с нашим появлением в империи её стало на порядок больше.

— Классный мужик, — закончил я свою речь совсем не так, как планировал.

Пётр Дмитриевич хмыкнул, и после этого зазвонил его телефон. Но даже не глядя, вызов был сброшен. Охренеть, никогда бы не поверил, что в империи есть люди, которые вот так спокойно могут сбросить звонок императора.

Или, может, Пётр Дмитриевич просто взял меня на понт?

На самом деле никакому императору он не звонил.

Или у него в телефоне есть ещё один Борис Алексеевич, совсем не Годунов?

— Вы хоть для чего всё это устроили? Просто хотели посмотреть на полуголых одноклассниц? — решив не нагнетать, спросил Пётр Дмитриевич.

— Нет. Ради спортивного интереса. Поспорили мы, — сказал Гришка.