Книга Третий Всадник, страница 10 – Алексей Валерьевич Шмаков

Раздались прямо из‑за стены, а через пару мгновений весь актовый зал накрыло яркой вспышкой, заставив всех зажмуриться. И Ульяну в том числе.

Когда она попыталась открыть глаза, то оказалась весьма удивлена и смущена. Андрей Иванович стоял перед ней в одних трусах. Впрочем, вообще все присутствующие были исключительно в нижнем белье и удивлённо смотрели друг на друга.

Музыка прекратилась, и наступила гробовая тишина, которую нарушил истошный вопль Ольги Леонидовны:

— Медведев! Воронов!

— С Томской всё отлично. Ни ваты, ни поролона. С тебя червонец, — практически одновременно с криком завуча послышался голос Медведева.

И только после этого до Ульяны дошло, что эта парочка решила устроить.

Как же хорошо, что она надела новый комплект, привезённый мамой из самого модного и дорогого салона нижнего белья в столице.

* * *

Как там правильно звучит закон Мерфи?

Если что‑то может пойти не так, оно обязательно пойдёт не так?

В общем, это точно наша с Гришкой тема. Сидели себе спокойно в тайной комнате, ждали подходящего момента, когда все объекты нашего спора окажутся на сцене, ели крекеры.

Ну, Гришка ел, а я наблюдал за ним.

И тут вдруг на сцену поднялась целая делегация во главе с Андреем Ивановичем, и, что нас удивило, Ульяной Томской. Там ещё Орлова была, бывшая жена Каспера, и классный руководитель одиннадцатого класса Кирилл Евгеньевич Комаров. И, естественно, Азарская — без неё никуда.

Ума не приложу, как вообще так получилось, что Орлова произнесла слово активации нашей заготовки. Произнесла его, когда была наполнена силой, и поэтому заклинание сработало совсем не так, как мы планировали. Оно распространилось на всех, кто находился в актовом зале.

Вот так в один момент все старшеклассники получили возможность видеть через одежду.

Парням, ясное дело, такая фишка безумно понравилась, а вот у женской половины вызвала приступ ужаса. Визг стоял такой, что я едва не оглох.

Но это ещё цветочки. Стоило нам с Гришкой выбраться из укрытия, как появилось самое странное существо, которое только могло оказаться здесь сегодня.

— Нам писец, — произнёс перепуганный Гришка и уже собирался сбежать в тень, когда нас всех накрыло.

А мы ведь не успели увидеть даже половину всех объектов нашего спора!

— Вы же понимаете, что это скандал? Что вас могут затаскать по судам и не только? Вас могут вызвать на дуэль. Или вообще попытаться прикончить без всяких формальностей.

— Понимаем, — в один голос сказали мы с Гришкой, стараясь не глядеть на курсирующего по своему кабинету в Новой Слободе Петра Дмитриевича Романова.

Как‑то он слишком быстро оказался в городе после того, как Аристарх Павлович нас заложил.

Мог бы и не говорить ничего.

Наверняка самому понравилось лицезреть юных прелестниц в одном лишь белье. Его наше заклинание так же зацепило.

— Понимают они! Так почему заклинание накрыло всех, кто в тот момент находился на третьем этаже школы? Хорошо ещё до младших классов не достали. Тогда бы такой ор стоял, что в столице слышно было бы.

— Почему, почему, — начал Гришка. — А потому, что одна старая перечница, которую уже давно заждались на том свете, произнесла ключевую фразу для активации заклинания и за каким‑то лядом влила в неё прорву своей силы. Там нужно было совсем чуть‑чуть…