Книга Угасший род. Живой артефакт, страница 109 – Алексей Валерьевич Шмаков

Этого времени мне вполне хватило, чтобы оценить работу неизвестного артефактора. Настоящего гения в своём деле. Если не знать, что артефакты — чужеродные предметы, то с лёгкостью можно было предположить, что охотник уже родился с ними в организме. Настолько тесно они были переплетены с его тканями и энергетической системой, что являлись неотъемлемой частью Владислава. Словно у него появились сразу четыре дополнительных органа, отвечающие за восстановление организма.

Конечно, и я смогу сделать подобное, но только когда закончу работу над своим телом. Раньше даже и думать не стоит. Просто убью человека, который отважится на подобный шаг.

— Говоришь, что вырубился, а когда очнулся, то артефакты уже были в твоём теле? Может, ты помнишь ещё что-нибудь? Вообще, всё что угодно, от покалывания мизинца до скрипа в соседней комнате. Это может быть важным и поможет мне разобраться, что же с тобой произошло. Пока могу сказать, что это великолепная работа очень сильного артефактора. Пожалуй, никто в империи сейчас не сможет соединить живую плоть с артефактом.

Всеволод задумался буквально на пару мгновений.

— После того как отрубился, вообще больше ничего не помню. Возможно, Прохор и Веня знают больше. Но мне они ничего не рассказывали об этом. Говорили, что когда вернулись с целителем, я уже был в полном порядке.

— Получается, что кроме дворецкого и садовника, о твоей уникальности знают хранители? Как минимум их целитель и Фёдор Артурович. — я продолжал изучать кристаллы в груди, прикидывая, сможет кто-нибудь, использовать эту информацию против нас или нет.

Как я уже говорил, ничего запрещённого в подобных экспериментах нет, и если человек добровольно идёт на риск, то это его право. Только для Вяземских сейчас любые сомнительные инициативы противопоказаны. Особенно когда за нами приехали следить люди из Ока Государева.

— О том, что со мной случилось, знают только Прохор и Веня. Когда они вернулись, то не пустили целителя, сказали, что целебные артефакты сами меня вытащили, а они слишком перепугались вот и помчались за помощью. Говорили, что целитель сильно ругался, когда они не пустили его даже просто, чтобы осмотрел меня.

— И правильно сделали. Не хватало нам ещё разбирательства по этому поводу. Уверен, обязательно найдутся люди, которые начнут обвинять нас в бесчеловечности и прочей ерунде, если узнают о том, что в тебя вживлены артефакты. И плевать им на то, как это произошло.

— Вот и мы так подумали. — кивнул охотник. — Но я благодарен, что вот так всё вышло. С тех пор я стал гораздо сильнее и могу охотиться на более опасных зверей. У того треклятого соболя не было бы шансов совладать со мной после усовершенствования.

А вот это были очень опасные слова. Всеволод поставил себя на одну ступень с Мастерами магами и Воеводами. Только эти люди способны на равных сражаться с изменённым зверьём пятого ранга.

— Благодарю, что решил раскрыть мне эту тайну. Обязательно расскажем о ней Илье Денисовичу, а вот все остальные не должны ничего знать. Включая моих сестёр и брата.

— Понял, ваша светлость. Я могила. Да и не мог я не рассказать об этом вам. Прекрасно знаю, насколько дорогие целебные артефакты, а я, можно сказать, украл у Вяземских сразу четыре. И вернуть уже не смогу. Только вместе со своей жизнью.