Книга Магазин волшебных питомцев 4, страница 75 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Он ко мне подошёл! Пап, он ко мне подошёл сам!

— Вижу, — отозвался мужчина.

— А он может заморозить воду? Прям всю? А стакан? А лужу? А если я его в ванну посажу, там каток будет?

— Воду он тебе в стакане схватит льдом за минуту. Огурец превращает в ледышку за полсекунды. Поилку недавно разорвало, потому что молодой ещё, силу дозировать пока учится. В ванну сажать его я тебе категорически не советую.

— Круто, — благоговейно выдохнул Матвей.

Я повернулся к отцу.

— Это моё лучшее предложение. Зверёк молодой, как и ваш сын. Потенциал эволюции хороший. Смогут развиваться вместе, но предупреждаю, что я ещё никогда не привязывал к магу питомца противоположной стихии.

Мужчина смотрел на затылок сына секунды три.

— Давайте попробуем.

Я снял крышку. Оттуда потянуло знакомыми ароматами: чистой стружкой, влажной прохладой и той особой свежестью, какая стоит над рекой ранним утром. Взял зверька привычным охватом — поддерживая снизу, но с большим пальцем поперёк лопаток.

Он оказался тяжелее, чем выглядел, и холоднее, чем мокрый камень из погреба. Ладонь начало ломить почти сразу. Шерсть у корней была сухая, а верхний ворс покрыт мельчайшими кристалликами, которые таяли и оседали влагой на пальцах.

— Руки лодочкой, — велел я. — Локти к себе. Он сейчас пойдёт по тебе, как по бревну, дай ему идти.

Матвей сложил ладони и принял хомяка так осторожно, будто ему передавали налитую до краёв чашку. Пацан, который двадцать секунд назад планировал устроить каток в ванной, замер и почти перестал дышать.

Хомяк обнюхал большой палец, проверил запястье, влез повыше и уселся у мальчишки на сгибе, устроившись пузом на тёплой коже. Прикрыл глаза от удовольствия. Марево над плечами Матвея опало.

— Мор-р-розилка! — объявил Архимед с прилавка. — Мальчик — печка! Хомяк — холодильник! Кухня в сборе!

За прилавком глухо стукнуло. Фурия шевельнулась, коротко царапнула когтями линолеум, повела носом — чужие в доме, с запахом улицы и незнакомой квартиры, надо бы проверить. Я послал ей ровное, спокойное: сидеть, свои, всё под контролем. Возня стихла. Только сопение осталось, размеренное, как работающий насос. Отец Матвея обернулся и глянул на прилавок, но интереса не проявил.

Краем глаза я поймал своё отражение в зеркальной панели витрины и на секунду завис. Русые волосы. Привычный цвет кожи. Обычные серые глаза без красноты. Вся та белоснежность, которой меня разукрасило после невидимости, прошла бесследно. То-то клиенты вошли и спокойно поздоровались, вместо того чтобы попятиться на крыльцо.

Я выдохнул и активировал «Определение совместимости».

Пять единиц маны утекли легко, будто щёлкнул выключателем. Мир на мгновение потерял краски и наполнился другим — ощущением натяжения между двумя точками. Мальчишка казался перегретой печью. Хомяк тянул из него тепло с явным удовольствием. А вот в глубине, там, где их энергии должны были схлопнуться во что-то общее, шло яростное сопротивление, как при попытке смешать масло с водой.

Совместимость: 43%

Скверно. Такую привязку тянуть можно, но она будет как ботинок на два размера меньше: ходить получится, а к вечеру — кровавые мозоли на мана-каналах у обоих.

— Секунду. — Я достал из террариума второго.

Этот вёл себя иначе: сразу вцепился в палец, повозмущался, попытался укусить за ноготь и обдал руку такой волной холода, что кожа побелела. Матвей принял его на вторую ладонь, засмеялся, когда зверёк полез в рукав.