Книга Магазин волшебных питомцев 4, страница 52 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Грамма юркнула прямо в тёмную пещерку между камнями, развернулась и выставила наружу только голову.

Бычок жевал грунт, фильтруя микроорганизмы. Рядом, из-под камня, высунулся его сосед — рак-щёлкун с одной клешнёй крупнее другой. Креветка ощупала бычка усами, убедилась, что это свой, и скрылась обратно в нору. Классический симбиоз: одна роет, другой сторожит.

Фиолетовый псевдохромис тут же занял позицию у верхнего грота — яркий, наглый, с выражением «территория моя, разговор окончен». Я мысленно отметил: за этим присматривать, к грамме может полезть.

Собачка-бленни шлёпнулась на камень присосками грудных плавников. Тут же начала скрести камень ротовыми пластинками, выедая микроводоросли.

Хризиптера метнулась к потоку от помпы и зависла, подрагивая плавниками.

Остались клоуны.

Пара оцеллярисов кружила внутри ведра — ярко-оранжевые, с тремя поперечными белыми полосами в чёрной окантовке. Самка крупнее, шире. Самец держался чуть позади. Акклиматизация заняла положенные сорок минут. Я подцепил самку сачком, перенёс в аквариум, выпустил у актинии.

— Океан! — прошептал Архимед. — Океан в ящике! Рыба живая! Красиво! Очень красиво!

Колокольчик над дверью мелодично звякнул, впуская в помещение свежий весенний воздух и едва уловимый аромат дорогого парфюма. Я повернулся, щурясь от пробившегося в магазин солнечного луча. В дверном проёме появилась Алиса Шувалова.

Сегодня она выглядела несколько иначе. Вместо плаща — короткая кожаная куртка. Куча серебристых амулетов болталась на груди поверх чёрного топа. Свободная юбка выглядела короткой спереди, но удлинялась шлейфом сзади. Ботильоны на толстой подошве прежние.

На левом плече — Эдгар. Ворон сидел, нахохлившись, и оглядывал магазин, как ресторанный критик, забредший в привокзальную столовую. Клюв приоткрылся, блеснул чёрный глаз.

— Кар-р-р! — сообщил он.

Алиса сделала два шага внутрь… и встала как вкопанная.

Голубые глаза скользнули по моему прекрасному лицу, поднялись к волосам, потом прошлись ниже, оценивая общий колорит. Рот девушки приоткрылся. Потом сомкнулся. Потом губы поехали в стороны, превращаясь в ту самую хищную шуваловскую ухмылку, от которой у людей обычно портится настроение.

— Классно выглядишь, Егерев, — она скрестила руки на груди. — Пролил на себя ведро «Белизны»? Или это новый тренд — «цветовой минимализм»?

— Я тоже безумно рад тебя видеть, Алиса.

Повернулся обратно к аквариуму. Щупальца актинии покачивались. Клоунесса дёрнулась, боднула ближайший «палец» боком. Нарабатывая защитную слизь, привыкая к стрекательным клеткам. Через секунду самка уже купалась в щупальцах, ныряя и выныривая, как ребёнок в подушках.

Выловил самца из ведра и выпустил рядом. Он действовал осторожнее, медленнее, но скоро погрузился в привычную среду с тем же блаженным выражением на оранжевой морде.

Я закрыл крышку аквариума и позволил себе выдохнуть. Двести литров живого рифа светились, как окно в другой мир.

Девушка подошла ближе, цокая каблуками по линолеуму.

— А если серьёзно, что стряслось с твоей пигментацией? — поинтересовалась она, разглядывая мои радужки. — Выглядишь как привидение, решившее заняться розничной торговлей.

— Издержки производства, — отозвался я, вытирая влажные руки полотенцем.

Алиса прищурилась, сканируя меня цепким взглядом.