Книга Магазин волшебных питомцев 5, страница 90 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Но мозг уже работал в другом направлении. Мыльный пузырь. Такая панически-истерическая реакция у месячного котёнка… Тут больше, чем просто кошачьи инстинкты. Кто-то из прежних хозяев уже пытался искупать его. И сделали это так грубо, что в маленькое кошачье сознание впечатался панический ужас перед мылом и пеной.

Теперь ясно, почему два из четырёх его проклятий были связаны с моющими средствами. Не случайность. Подсознательная проекция.

— Отставить психоанализ, Егерев, — пробормотал я себе под нос. — У тебя осёл недомытый.

Пена к этому моменту покрыла зверя от шеи до крупа, превратив его в нечто среднее между снеговиком и облаком. Я сменил губку на свежую, выдавил ещё шампуня и взялся за самое трудоёмкое — гриву.

Жёсткая, короткая грива стояла торчком. Каждый волосок был толстым, как проволока, и примерно таким же послушным. Я запустил пальцы в её основание, у самой холки, и начал осторожно массировать кожу, вспенивая шампунь.

— О-о-о, — протянул Архимед, наклонив голову. — Щас заур-р-рчит! Массаж! Высший класс!

Там, где раньше лежала верёвка недоуздка и впивалась упряжь, кожа была натёрта до мозолей. Я промыл эти участки особенно тщательно, аккуратно обходя болезненные зоны. Осёл ни разу не дёрнулся — только тихо вздыхал, когда тёплая пена касалась старых ссадин.

Потом настала очередь хвоста. Густая, длинная кисть, слипшаяся в один сплошной войлочный жгут. В тёплой подсобке повис густой, цветочный аромат шампуня. Осёл стоял расслабленный, будто бескостный, опустив голову почти до бортика корыта. Изредка переступал копытами, но больше по привычке, чем от неудобства.

— Ну вот, — я выпрямился, разминая поясницу. — Корпус, грива и хвост готовы. Осталась голова.

Осторожно поднёс губку без пены к его морде. Осёл недоверчиво скосил глаз, но позволил. Я протёр кожу вокруг ноздрей, прошёлся по щекам, аккуратно промокнул область вокруг глаз — нежнейшая зона, веки подрагивали от каждого касания. Потом перешёл к ушам. Не внутрь — только снаружи. Обтёр основание, где скапливается пыль, прошёлся по внешней поверхности раковины, придерживая ухо свободной рукой. Осёл терпел, хоть ему категорически не нравилось.

— Тихо, тихо. Последнее.

После начал смывать пену из пластиковой лейки для цветов. Вода стекала с боков зверя и падала в небольшое озеро, которое уже набралось в корыте.

За спиной раздался грохот.

Я обернулся. Лису и Зефиру надоело сидеть в зрительном зале, так что они перешли к активным действиям. Щенячья куча-мала врезалась в картонную коробку с открытым наполнителем, опрокинув её. Зверята покатились по полу, поднимая тучу мелких гранул, и с визгом помчались друг за другом вокруг корыта.

Коша некоторое время наблюдал за ними сверху. Потом не выдержал. Спрыгнул со стеллажа, в два прыжка настиг Зефира и цапнул щенка за заднюю лапу. Далматинец взвизгнул от испуга и шлёпнулся пузом на пол. Коша тут же развернулся и цапнул фенека за ухо. Лис тявкнул, отпрянул и завилял хвостом: «Ты тоже играешь⁈»

Коша посмотрел на обоих с выражением «нет, я навожу порядок» — и неспешно зашагал обратно к стеллажу.

— Дисциплина! — одобрил Архимед. — Порядок в казарме! Кот — сержант! Всем упасть-отжаться!

— Сам отжимайся, — я закончил обмывать осла. — А мы переходим к вытиранию.