Книга Магазин волшебных питомцев 6, страница 38 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Стёпа, не отрываясь, смотрел на него. В глазах ребёнка не было ни капли того страха, о котором кричали его сёстры. Только гипнотический восторг перед настоящим чудом.

— Вода есть, — почти шёпотом доложил Стёпа.

— Отлично, — я аккуратно поставил его на пол. — Значит, пока живём.

Я отошёл к шкафчику, незаметно достал из Инвентаря пластиковый контейнер с нарезанной морковью и, не глядя на парня, буднично спросил:

— Тебе какой зверь нужен?

Стёпа сжался, будто его поймали на месте преступления. Сработал старый, вбитый насмешками рефлекс. Он опустил голову и пробормотал:

— Мне не надо…

Повернулся к нему и посмотрел ребёнку в глаза. Спокойно, без улыбки, как взрослый на взрослого.

— Я не спрашивал, надо тебе или нет, Стёп. Я спросил — какой.

Мальчик прикусил губу. Потом огляделся по сторонам, уже смелее изучая стеллажи. Его внимание привлекли нижние террариумы, как я и рассчитывал. Там, в полумраке, сидели кролики. Два Сумеречных прыгуна — тёмно-серые с аметистовыми глазами. Они почти сливались с тенями, замерев в дальнем углу. А вот в соседнем отсеке…

Глаза Стёпы расширились.

Там сидел Бронированный кролик. Серая шерсть на его спине плавно переходила в плотные, перекрывающие друг друга пластины, похожие на рыцарский доспех. Ушастый сидел прямо у стекла, монументальный и неподвижный, как маленький пушистый танк.

Стёпа сделал шаг к террариуму, заворожённо глядя на пластины. Но тут же осёкся, остановился и снова вцепился в лямки рюкзака, явно подумав, что такой зверь ему не по статусу.

Я молча подошёл, щёлкнул задвижкой и открыл стеклянную дверцу. Подсунул руки под тяжёлое тельце и вытащил кролика наружу. Зверёк даже не дёрнулся — только недовольно шевельнул носом. Посадил его на пол перед мальчиком. Когти бряцнули по плитке.

— Держи, — я протянул Стёпе коробку. — Угости.

Мальчик неуверенно взял пару оранжевых брусочков моркови. Протянул дрожащую ладошку. Кролик повёл ушами, принюхался, сделал короткий шажок вперёд и принялся деловито хрустеть угощением.

Стёпа выдохнул. Его свободная рука робко потянулась к зверьку и легла на спину. Пальцы скользнули по мягкой шерсти, а затем коснулись жёстких, прохладных пластин.

— Он как рыцарь… — заворожённо прошептал мальчик, поглаживая панцирь. Хруст моркови казался очень громким в тишине процедурной. — Он, наверное, очень храбрый и сильный… Жалко, что я не такой.

Я прислонился бедром к столу, скрестил руки на груди и посмотрел на этого маленького, закованного в броню зверька. Вспомнил свой первый год в оперативной работе. Вспомнил, как тряслись поджилки перед первым задержанием вооружённого браконьера.

— Он не храбрый, Стёп, — спокойно ответил я.

Мальчик удивлённо поднял на меня глаза.

— Он просто перестал бегать, — добавил я, глядя, как кролик невозмутимо дожёвывает морковку. — Когда ты всё время убегаешь, ты мягкий и уязвимый. А когда решаешь остаться на месте — у тебя вырастает броня. Ему не нужно суетиться и кому-то что-то доказывать. Он просто знает, что его теперь не прокусить.

Стёпа замолчал. Он перевёл взгляд с пластин кролика на свои худые руки, потом снова на зверька. В его глазах что-то неуловимо изменилось. Словно маленькая, но очень важная шестерёнка встала на своё место.

Мальчик осторожно, но уже гораздо увереннее погладил кролика по загривку. Зверёк в ответ тихонько стукнул задней лапой по кафелю и ткнулся сухим носом в ладонь мальчика, требуя добавки.