Книга Проклятый район, страница 3 – Александр Матюхин

Сказано это было буднично и даже с нотками веселья. Я поежился, сам не знаю почему. На улице было солнечно, играла музыка, мелкие на площадке орали, а возле Катьки как будто резко стало холодно и неуютно. Я прикусил губу от любопытства.

— Что за проклятие?

Катька легко мотнула головой.

— Пойдем, – сказала она. – Есть местечко, там можно спокойно поболтать. Все расскажем. Не боишься?

— С чего бы?

Мы обогнули детскую площадку. Катька прихрамывала на левую ногу. Прошли мимо арки, за забор, где открывалось большое неухоженное поле с остатками стройматериалов. Из кустов торчали блоки с арматурами, валялись куски кирпичей, мусор. Катька вела по узкой тропинке к деревьям вдалеке. Заунывно выл ветер и пахло мусором: когда долго не выкидываешь пакет с прогнившими овощами и яйцами. Примерно так.

Я обернулся и понял, что мы уже отошли далеко. Четыре красные высотки нового микрорайона растянулись вдоль поля. Обочина была заставлена грузовичками и такси.

Все интереснее и интереснее. Вот это я и называл – впутаться.

Через пару минут мы подошли к деревьям. Три сосны торчали среди поля, как нарисованные. Вокруг темнели пятна от костров, валялись ржавые мангалы, окурки, банки. На шершавой бетонной плите, наполовину врытой в землю, сидел пацанчик в очках. У таких обычно забирают десерты на обедах и намалевывают губы зубной пастой по ночам в детском лагере. Гнобят и презирают. Заучки костлявые. Потерянные личности. Он был одет в джинсы и синюю рубашку с короткими рукавами. Жесткие темные волосы торчали во все стороны.

— Привет, – сказал пацанчик, легко соскакивая с бетонки. – Я Ваня. А ты Слава?

— Святослав. Ты тоже проклят и скоро умрешь? – спросил я, опершись спиной о сосну.

Вообще, было интересно их послушать, но в таких ситуациях нельзя показывать виду.

— Проклят, но не умру, – ответил Ваня серьезно. – У меня договор с колдуном, а вот Катька ломается. Поэтому ей недолго осталось. Наверное.

— Ничего не понятно.

— Ага, и не должно быть, пока мы не расскажем, – Катька села на край плиты. Теперь они были похожи на брата и сестру: тощие очкарики, с веснушками, скуластые. – Я вот сначала хотела предупредить, но забыла… Мне неловко… Поэтому Ваня здесь. У него с памятью порядок, не как у меня. Это типа побочка.

— У нас район проклят, – объявил Ваня с уверенностью карточного шулера. – Здесь живет колдун, который наложил проклятие на вот эти дома. От «Магнита» до автобусной на перекрестке Ситцевой улицы. Раньше тут были сплошные болота, а теперь за три года построили район и дальше тянут, к лесу. Походу, колдун когда-то здесь умер, потом строители потревожили его могилу, и он ожил. Мы зовем колдуна Страшник. Это его территория, и ты уже зашел на нее. Если не успеешь сбежать, то все.

— Страшник, – повторил я. – Продолжайте.

— Мы его так зовем, потому что он насылает страхи, – вставила Катька. – Приходит в страшных образах.

Она взмахнула руками и скорчила гримасу. Не очень страшную.

— Если колдун решит, что ты ему нужен, он придет сегодня или завтра ночью, – сказал Ваня. – Он для каждого разный. Мужчина или женщина. Иногда в виде мертвого ребенка. Или даже животного.

— Ко мне пришла бабушка, божий одуванчик. Будто из старых фильмов, – Катька пнула носком туфли камешек. – Протиснулась через форточку, подошла к моей кровати. Улыбка на пол-лица, а глаза пустые. Еще и пахнет… гнилым чем-то. Я чуть не умерла со страху.