Книга Сага о Школе вождей, страница 119 – Дмитрий Емец

Рюрик вздохнул и стащил с хрюйса моховой чехол. Отполированный мхом рог был такого размера, что оба циклопа нанизывались на него, как колбаски на шампур. Циклопы занервничали. Хрюйс не то существо, которого можно испугать бердышом. А вот разозлить – вполне.

— Всё. Пропуск видели. Проходь! – ретировались циклопы.

— Нет! Не проходь! – мрачно передразнил Рюрик Мощный и протянул к циклопам могучую длань. – Теперь ваш пропуск!

Один вложил ему в руку окорок, а другой – лепёшку.

— А остальным? – строго спросил Рюрик.

Понятливые циклопы торопливо затолкали в мешок всё его содержимое и отдали Рюрику.

— Быть хрюйсовладельцем ужасно сложно! Но ради таких моментов я на всё готов! – сказал он и промокнул глаза окороком.

А дальше произошло событие, которое все летописцы вплоть до эпохи Тибидохса заносили в хроники, приукрашая всевозможными деталями. Они любовно описывали, как Кузьма IV Грозный и Рюрик Мощный вошли в учительскую хижину. Как задрожали толстенные брёвна и посыпалась с потолка щепа, когда хрюйс топал по деревянному полу. Как хрюйс толкнул рогом двери директорского кабинета. Как на Рюрика, Кузю, Тень и цезаревну Фиолю (тут перечислялись императорские регалии, занимавшие полных три строки) уставились все восемь основателей школы: Зус Корпящий, Лёль Нудящий, Гнусь Сопящий, Щур Тупящий, Зигмунд Спящий, Варнава Скрипящий, Людвиг Вопящий, Лось Спешащий.

Маг Бодуэн вскочил из-за стола, треснувшись коленкой о деревянный табурет и, скрывая, что ему больно, выпучил глаза.

— Ну кто там ещё?.. – гаркнул он и внезапно осёкся, потому что огромный боевой рогонос – совсем не та чудила, на которую можно безнаказанно рявкать.

— Это мы! – отрапортовал Кузя. – А это Фиоля, дочь императора! А это её боевой рогонос!

Слова Кузи поразили Бодуэна как гром. Растерявшись, великий маг попятился, пытаясь изобразить в воздухе руну защиты. С перепугу, как отмечают все летописи, у него ничего не получилось. Дальше летописцы в изображении событий расходятся. По словам одних, Бодуэн сказал «Ах!», по версии других – «Ох!», ну а третьи непреклонно утверждают, что он пискнул «Мама!» На деле же всё было примерно так.

— Ах! – Бодуэн подпрыгнул.

— Ох! – Бодуэн присел.

— Мама! – Бодуэн закрыл глаза.

— Караул!!! – Бодуэн спрятался под стол.

Уже под столом великий маг вспомнил, что он всё-таки директор, а перед ним его ученики. Вспомнив это, Бодуэн взял себя в руки, вылез и строго поинтересовался:

— И кто же из вас двоих украл дочь императора?

Рюрик посмотрел на Кузю. Кузя поглядел на Рюрика. Оба (так истолковали летописцы) уступали друг другу эту великую честь. Но никто из юных вождей не произнёс ни звука. Зато цезаревна Фиоля не отмалчивалась.

— НИКТО! – провозгласила она.

У Бодуэна с головы слетел колпак, и великий маг сразу стал гораздо ниже.

— Как никто?

— Меня никто не крал! Они меня СПАСЛИ от Герцога! – Фиоля улыбнулась царственной улыбкой без домашнего оттенка. Одной из десяти величественных улыбок, которым учат во дворцах.

— Так что? – нетерпеливо спросил Рюрик. – Испытание мы прошли! Кто станет наследником Племени Лосиных Медведей? Я или Кузя?

Маг Бодуэн задумчиво куснул длинный ус и зачем-то оглянулся на портрет Варнавы Скрипящего, будто испрашивая совета у великого предшественника. Некоторые летописцы утверждали, что за портретом кто-то прятался, подглядывая в отверстия, проделанные в глазах Варнавы.