Книга Молот Тельхинов, страница 79 – Дмитрий Емец

Ночью к Ягге мягко подошла арысь и улеглась рядом. Ягге сидела на корточках у печи, выгребая золу в ведро.

— Посмотри на Тарараха! – шепнула она. – Никогда на лавке не ляжет! Всегда на шкуре. Уж я и перину ему подсовывала – ни в какую. И подушку под голову не положит, только ладонь! Только и научила его, что в избе спать. А так на улице всегда растянется под дождём. Зимой как-то снегом его занесло. Сугробище намело, а он дрыхнет себе под шкурой и хоть бы ноги спрятал!

Арысь глядела на тлеющие в печи угли.

— Молодцы! До Костянки дошли и не сожрали вас! – словоохотливо продолжала старушка. – Особенно эти чудны́е, которые друг друга «вождила» и «мудрила» кличут! Ну, вождила-то знатный! Глянь, он и во сне пытается полком командовать!

Она кивнула на Рюрика, который во сне делал рукой движения, словно направлял в битву легионы. В изголовье у него лежал меч, а у ног уютно устроилась Тень. Она спала тихо и чутко, как кошка.

— Хорошая у него невеста! При таком деятельном вождиле полезно, если рядом кто-то верный и с мозгами окажется, – похвалила Ягге.

Арысь оглянулась на Кузю, выясняя у Ягге, что она думает о нём. Кузя спал на животе, подложив под голову кота Баюна. Причём ни Кузя не знал, что у него под головой кот, ни Баюн не ведал, что работает подушкой. Когда кот во сне пытался сдвинуться, Кузя за хвост или за лапу подгребал его поближе.

— Кузя славный! У него прямо дар с животинками ладить. Баюн такое мало кому разрешил бы… Мудрила-то и впрямь мудрила. Каждую штучку в руках повертит, про всё спросит, а вождила тот больше соображает, как бы чего сокрушить!

Непонятно было, слушает эту болтовню арысь или нет. На её лице ничего не отражалось. Было оно торжественным, неподвижным, лесным. Лишь в глазах плескал огонь. Ягге ответа и не ждала. За долгие годы одиночества она научилась разговаривать с чем угодно: с печкой, с избушкой, со ступой. «Когда с печкой беседуешь, это нормально. Главное, чтоб она тебе не отвечала!» – рассуждала она.

— а е а елоеком? – внезапно спросила арысь.

Ягге вздрогнула. Ей показалось, что это действительно сказала печка. Или огонь.

— а е а елоеком? аеда! – повторила арысь.

— Как тебе стать человеком навсегда? – угадала Ягге. – А ты хочешь? Иногда ж, знаешь, хочется и арысью побыть. Ночь, лес, запахи. Те чудилы, что сожрали б тебя в другом обличье, удирают со всех ног. Чем быстрее ты бежишь, тем быстрее бьётся сердце. Все мысли уходят. А утром приходишь в себя и видишь, что на руках у тебя кровь, а к щеке прилипло перо тетерева. Бывало такое?

Фиоля кивнула. На прошлой охоте она убила зайца. Причём, судя по всему, действовала прямо зубами. Ягге считала её воспоминания и нахмурилась.

— Скверно, если память начала исчезать. Значит, звериная сущность постепенно поглощает тебя. С каждым следующим превращением ты всё дольше будешь арысью, хоть на несколько минут, но дольше, и всё меньше человеком. Сейчас ты арысь… сколько дней? Три? Потом будет четыре, пять, и наконец ты и вовсе не сможешь вернуть себе человеческое обличье.