Книга Молот Тельхинов, страница 42 – Дмитрий Емец

Поворошив кучу, он показал на огромный скелет со множеством шей. На одной или двух сохранились головы с острыми, как иглы, зубами и круглыми, близко посаженными глазницами. Мировуд очень оживился.

— Смахивает на гидру… Гляди: у каждой головы своя специализация… Вот эта огнемётная… а тут такие канальцы в носоглотке, видишь?.. это для жидкого яда. Они изолированы, чтоб саму гидру не травануть!.. А зубы какие? Смотри, у этой головы разделочные зубы, а у этой – загнуты внутрь для удержания добычи… И ещё одна голова бессмертная. Надо её отрубить, чтобы прикончить чудовище. А вот тут, на передней лапе, у гидры должен был чиркающий коготь. Она им чиркнет по отрубленной шее, и голова прирастёт…

Мировуд, не поленившись, раскопал переднюю лапу, но, разумеется, чиркающего когтя не нашёл. И бессмертной головы тоже.

— Гады, загнали уже кому-то из магов! Нет чтоб мне предложить! Это всё шаман! – обиделся волхв и, увязая в снегу, обежал костяную кучу. Послышался его возмущённый вопль:

— Грифона угробили! Смотри: огромные крылья, орлиный череп, а строение рёбер как у крупного кошачьего. Когти на передних лапах, как ятаганы^[7]. Он ими пронзает и поднимает в воздух быка. А ещё этими же когтями выкапывает золото и драгоценные камни и выстилает ими дно своего гнезда. На хвосте львиная кисточка. Если этой кисточкой грифон хлестнёт по лицу, человек всё забывает… Но кисточки, разумеется, нету. Шаман её загнал. И когтей ятаганных нету… Всё ценное распродал, зараза!

Послышался свист. Стрела ударила Герцога в спину. Мудрое тело древневидлы отреагировало быстрее, чем мозг осознал угрозу. Толстый Герцог ощутил, как вдоль позвоночника, протыкая ткань, у него проступают шипы. Бедная купеческая рубаха, как ей не везёт! То осиновый кол, то шипы чудилы. Стрела срикошетила. В следующий миг развернувшееся щупальце сдёрнуло с крыши лучника – белобрысого парня с перекошенным от ужаса лицом.

Мировуд тем временем метнул свой посох. Метнул не как копьё, а с раскрутом, как обычную городошную биту^[8]. Несколько раз провернувшись в воздухе, посох снёс с ног ещё троих. Они рухнули на снег и не могли двинуться. Их связали с посохом тонкие серебристые нити. Стоило Мировуду шевельнуть посохом, как лежащие вскрикивали от боли. Рядом с одним валялся шестопёр, рядом с другим – нож. Третий был с небольшим топориком, увенчанным острым наконечником. Пожалуй, эту штуку при необходимости можно было бы метнуть, и она просадила бы щит.

— У меня есть вредная привычка. Перед тем как кого-то убить, я прошу его представиться! Кто вы такие? Если секайлы, то я вас не помню! – заявил волхв.

— Мы тоже тебя не помним! – прохрипел рыжий детина, тот самый, что выронил шестопёр. – Мы недавно среди секайл! Не убивай меня! Я царь, и сын царя, и внук царя!

— В самом деле? И почему же ты не на троне? – спросил волхв.

— Я вынужден скрываться. Мой дядя отравил моего отца. За мою голову назначена награда.

— Ай-ай-ай. Это такой намёк, чтобы я не выбрасывал твою голову, а отправил её дяде? А ты кто такой? – спросил Мировуд у другого разбойника.

— Сын главного визиря. Султан казнил моего отца, а мне послал шёлковый шнурок. Я выпрыгнул из окна в океан. Султан уверен, что меня сожрали рыбы, потому что я утопил тело раба в своей окровавленной одежде.