Онлайн книга «Молот Тельхинов»
|
Рыня Трескуха решительно пошевелила усиками, выбирая направление, а затем уверенно скользнула в один из старых ходов, ведущих вниз. Фро успела перехлестнуть Рыню верёвкой с узлами и теперь скользила за ней, как прежде за Эйриком. Разве что скорость стала поменьше. Если подросток-переросток нёсся рывками, как безумный, то Рыня погружалась в глубины как вихляющий и дребезжащий бур. Фро знала, что, если гморфы проиграют битву, она одна никогда не найдёт выхода наружу. Так глубоко Фро никогда прежде не погружалась. Становилось всё жарче. Временами Фро видела в трещинах алые полоски лавы, похожи на ветви огромного подземного дерева. От духоты и жары мысли её переплетались, как эти ветви… — Кай какой-то. И откуда взялся? Что я творю? – шептала Фро себе под нос. А потом вдруг что-то переменилось. Рыня Трескуха нашла, что искала. Скорей всего, был и гномий ход, но гморфы предпочли пробиться в пещеру напрямую, сверху. Фро услышала, как посыпались камни, потом ощутила сквозняк, и её захлестнуло вонью. Гморфы тоже не благоухают, а их привычная пища и подавно, но эта вонь была куда омерзительнее всего. Глаза щипало, желудок выворачивало. Фро отпустила верёвку, и это спасло ей жизнь, потому что она осталась в верхнем тоннеле. Гморфы же один за другим проваливались в пещеру и шли в атаку. Трудно описывать бой, происходящий в кромешной темноте. Участники его в свете, разумеется, не нуждались. Когда Гроотсленг выдохнул пламя, Фро увидела его огромные выпуклые близкопосаженные глаза. При следующем его выдохе она разглядела его бивни. Один огромный желтоватый бивень был загнут кверху, а другой, обломленный, торчал вперёд. На том месте, где он когда-то переломился, бивень стал белым и отточенным. Этим бивнем Гроотсленг наносил гморфам удары направо и налево, их пластины трещали. При третьем выдохе Фро рассмотрела щупальца, покрытые присосками. Они хватали гморфов, сдавливали, и у тех трескались бока… Когда огонь Гроотсленга плавил слизь на боках гморфов, слышалось отвратительное шипение. Но гморфы, несмотря на потери, отступать не собирались. Их было больше. Наползая со всех сторон, гморфы теснили Гроотсленга. Все они, даже раненые, пожирали те части его щупалец, до которых могли дотянуться. Загнанный в угол пещеры, Гроотсленг прибегнул к своему последнему оружию – выдохнул яд, а заодно и пламя, поэтому Фро смогла кое-что разглядеть. Зелёное облако, расползаясь, окутало гморфов. Те, что повисли на щупальцах, один за другим размыкали свои челюсти и застывали на полу. Те, что были в задних рядах, ещё сражались, но яд добирался и до них. Одной из последних застыла Рыня Трескуха – два раза вздрогнула и затихла. И в том, как она умерла, не было ни укора, ни страха смерти. Просто жизнь гморфа. Напоследок Рыня смогла даже хорошенько тяпнуть Гроотсленга своими сточившимися от долгой жизни челюстями-бурами. — Ры-ы-ы-ыня! – закричала Фро. Трескуха была первым гморфом, с которым Фро свела судьба. Почему Рыня её тогда не тронула? Может, детские пальцы случайно повторили движение, которое совершают усиками малыши-гморфы, когда просят защиты? Или её остановило что-то ещё?.. И вот теперь Рыня погибла. В эту минуту Фро не размышляла ни о чём. Ни о том, что Мировуд снова воспользовался её доверчивостью, ни о том, что она привела гморфов на верную смерть, ни о том, что одна никогда отсюда не выберется. Даже боль была пока не сильной, потому что сильной она становится после, когда к ней подмешиваются чувство вины, досада и мное другое. А тут никакого «после», скорее всего, и не предполагалось. Сейчас Фро испытывала только ярость и бешено заорала: |