Книга Какао для ведьмочки, страница 16 – Кира Русова

— Мам, слушай, а ты помнишь Лидию Вениаминовну? – спросила я, наслаждаясь вкусом утреннего какао.

— Да, – она нахмурила брови и посмотрела на меня своим пронзительным взглядом. – Почему ты спрашиваешь?

— Это ведь бабушкина подруга, а я ни разу не слышала про нее…

— Ты права. Они дружили долгие годы. Бабушке было горько вспоминать про тетю Лидию. И она старалась не упоминать ее, потому что каждый раз начинала плакать.

Мне смутно верилось, что моя сильная и строгая бабушка могла плакать.

— Почему? – недоуменно спросила я, щелкнув пальцами, чтобы помыть посуду после завтрака. Тут же губка с пеной прямо в воздухе приступила к исполнению поставленной задачи под влиянием заклинания «самонамыван».

— Они сильно поссорились, когда твоя бабушка сказала, что больше не сможет работать в лавке. Грета стала помогать мне и часто оставалась с маленькой тобой, чтобы я в это время могла заниматься своей карьерой, – мама вздохнула. – Понимаешь, мне было тяжело после яркой жизни, когда мы с твоим папой каждый год ходили на корабле вместе. Сколько стран мы с ним посетили: Алжир, Тунис, Эфиопия и Марокко, – мечтательно сказала родительница, будто снова оказавшись там. – Засесть дома с ребенком… Мне казалось, что моя жизнь остановилась и превратилась в день сурка. Тогда мы с твоей бабушкой придумали эти занятия для женщин, где все могли собраться в кругу и поделиться тем, что беспокоит. Поплакаться о наболевшем. И оказалось, что таких, как я, немало. А вот Лидия Вениаминовна не захотела принять решение Греты оставить лавку. Несколько раз уговаривала ее вернуться, но, не добившись результата, уехала, никому ничего не сказав. А спустя несколько месяцев бабушка получила письмо с печальным известием о том, что Лидия Вениаминовна погибла в Египте. Группа, с которой она отправилась в пустыню, проходила опасный участок. Лидия отстала от них, и ее поглотила песчаная «трясина». С тех пор она считается погибшей.

Звук падающей и разбивающейся чашки заставил нас резко обернуться.

Я сидела с открытым ртом, не зная, что сказать. По спине м, поднимаясь вверх до самой макушки.

Лидии Вениаминовны больше нет! Но кого же тогда я видела вчера?! Мне же это все не приснилось?

Ужас расползался в груди. А что, если предсказание все же не лгало?

— С тобой все в порядке, Лизок? Ты какая-то бледная? – спросила мама. – И чашку свою любимую с котиком разбила… Потренируй получше «самонамыван» на небьющейся посуде, дорогая, – погладив мою щеку, она взглянула на часы. – Ой, я же так совсем опоздаю! Да и тебе, кажется, пора на учебу.

С этими словами она вспорхнула и пошла переодеваться. Я вышла в коридор и наблюдала, как дверь шкафа распахнулась, а одежда так и норовила вылететь оттуда. На маме уже было элегантное красное платье, когда рядом оказался плащ. Казалось, будто невидимый джентльмен стоял и держал его для неё, а потом затягивал кушак на талии.

— Нет, милочка, не в этот раз! Ты вчера перестаралась, – сказала родительница красной помаде, подлетевшей к ее губам. Взяв помаду, мама сама обвела губы и, отправив мне воздушный поцелуй, вышла за порог.

Рукавом пижамы я стерла след от маминого поцелуя, который она отправляла почему-то только после того, как накрасит губы, отчего на моих щеках частенько красовались следы красных и бордовых губ. И, посмотрев на часы, решила, что и мне пора собираться. Хотя странное ощущение, от которого «сосало под ложечкой», так и не прошло.