Книга Конан и день льва, страница 97 – Валерий Евтушенко

— До них лиги три, — проинструктировал он дозорных, — так что на рысях вы обернетесь за пару часов. Но желательно, чтобы мятежники вас не обнаружили.

Дозор вернулся к полуночи, подтвердив ранее возникшую у Громеля мысль.

— Эти костры горят группами, — доложил командир дозора. — Между группами костров в том месте, где мы проходили пустое пространство протяженностью две-три лиги.

— Понятно, — сказал Громель, догадавшись, что тяжелая конница повстанцев передвигается тремя колоннами, почему и создается преувеличенное представление о ее численности. — Они хотят пощекотать нам нервы, но прежде мы сами им их пощекочем.

Он созвал сотников и десятских, которым приказал скрытно выдвигаться к крайней справа группе костров и на рассвете, когда только начнет сереть, атаковать противника.

— Их там по моим прикидкам раза в два больше, но на нашей стороне внезапность. Рубите палатки, а когда солдаты начнут разбегаться, постарайтесь уничтожить их побольше. Главное, чтобы возникла паника, сумятица и неразбериха. А ты, Магнебод, — обратился он одному из сотников, — возьми две сотни всадников и обойди их лагерь. Где-то там должны пастись их кони. Захватить лошадей — твоя задача.

План Громеля был хорош, но он не учел, что Альбан, командовавший этой колонной тяжелой конницы повстанцев, еще во время службы в Черных драконах был известен своей осторожностью. Попав в ловушку в горном ущелье в Пуантене, он стал еще более осторожным, поэтому построил лагерь по всем правилам военного искусства, приказал вырыть ров и обнес лагерь валом, на котором были оборудованы площадки для лучников. Костры же горели перед лагерем, хорошо освещая местность вокруг. А коней он отправил пастись под охраной двухсот всадников и стольких же лучников на лугу, примыкающему к лагерю. Кроме того, конные дозоры лучников он направил далеко в степь, поэтому приближение тяжелой конницы Громеля было замечено своевременно и дозорные подняли тревогу. Поняв, что их обнаружили, всадники Громеля, уже не скрываясь, понеслись вперед к линии костров, но наткнулись на ров и вал, которые сходу преодолеть не смогли бы даже пехотинцы. Боссонцы, выпуская по десять-двенадцать стрел в минуту, в течение десяти минут опустошили свои колчаны, но зато и не одна сотня всадников Громеля свалилась под копыта своих коней. Альбан, появившись на валу в полном вооружении, приказал подать сигнал о нападении на лагерь. Высоко в небо взвились огненные стрелы, которые были сразу же замечены наблюдателями в лагере Рагномара. Лучники с вала в упор расстреливали всадников Громеля, неосторожно подвернувшихся под выстрел, а те, кто отправился с Магнебодом за конями нарвались на стрелы боссонцев и мечи кавалеристов. А вдали в лагере Рагномара вспыхнули притушенные было костры и его тяжелая конница уже неслась галопом на помощь Альбану.

Громель, потеряв половину своего отряда, приказал отходить. Альбан не стал преследовать его, опасаясь засады, поэтому к обеду Громель уже прибыл в лагерь принца. Он обоснованно страшился гнева Нумитора, но тот, услышав о потерях, только махнул рукой.

— На войне без потерь не бывает, главное, теперь стало понятно, что мошенник разделил свою конницу на три части и отправил ее потрепать нам тылы и заодно нервы.