Книга Хозяин леса, страница 142 – Тимофей Иванов

После этого у меня в ход пошли нападения днём. Укрепления и фортификации — это хорошо, но войска противника всё таки должны были двигаться вперёд, чтобы добраться до Яваны, а землянки с собой не потаскаешь, если только не рыть чудовищно протяжённый подземный тоннель. К тому же магов десятых и девятых ступеней у врага немного, точнее исчезающе мало, везде они стоять и бдеть не могут. В связи с этим колоны врага познакомились с тем, что я со скрипом называл снайперскими засадами. На земле во время партизанских действий пара человек, стрелок и наблюдатель, вполне могли остановить колону противника, начав меткую стрельбу. Ин не обязательно было убивать для этого много народа, просто стрельба вынудила бы врага высадиться из транспортных средств, развернуться в боевые порядки и начать искать засранца, убивающего водителей и повреждающего технику. Крупнокалиберная пуля по понятным причинам не идёт на пользу двигателю ни одной машины. Здесь условия были немного другие, но удар молнией из леса на пределе моей дальности атаки тоже было не проигнорировать, приходилось отправлять за мной крупный и сильный отряд, потому что слабый я мог перебить. А ещё войско врага начало двигаться осторожно, с множеством дозоров, а затем загодя организовывать лагерь с укреплениями в ожидании ночной грозы.

Когда бойцы княжеств Кэхэ и Хэшвэ объединились, легче им не стало, к столице пришлось тащится с черепашьей скоростью. Хотя они конечно раз за разом пытались искать способы противодействия, то устраивая засады, то пробуя разные конфигурации боевого охранения, то изобретая что-то ещё. Но однако против врага, что не стремится к битве, а просто то бьёт из засады, то прилетает по воздуху и наносит несколько ударов, чтобы затем свалить и уйти порталом, работало всё это плохо. Они усложнили мне дело, но однако я был тем самым камушком в ботинке, с которым категорически не получается бегать. Пока не вытащишь, можно только осторожно идти, чтобы не травмировать ногу и не лишишься возможности бежать в принципе. Так же враг начал потихоньку страдать от голода, потому как фуражиры тоже вынуждены были ходить крайне сильными, но от того немногочисленными группами. Однако и тут вновь враг вновь сталкивался с шуткой про противника-бегуна, который если слабее, то убежит, а если сильнее, то обязательно догонит. Со слов Зэдала, мятежники меня люто ненавидели, а их руководство уже не один десяток раз вылюбило и высушило своих ветровиков, которые всё никак не могли меня догнать и изловить, запинав толпой. Против полёта и порталов у них увы ничего толкового не получалось, хотя в последнее время я почувствовал, что ходить изнанкой мира рядом с чужими войсками стало сложнее. Магия перемещений была прерогативой самых сильных, самых искусных магов и похоже, что тут они так же искали способы противодействия.

Сейчас же я то ли ужинал, то ли завтракал, так как за окном-бойницей уже стемнело и настала новая ночь, после того как удалось отоспаться днём. Две свечи горели на столе в простых подсвечниках без украшений, давая не слишком много света для обычного человека, но более чем достаточно для меня. Едва я прикончил рисовую кашу с мясом, которую язык не поворачивался назвать пловом, как открылась дверь и в мою комнату зашёл Зэдал в сопровождении Хэгана и четырёх телохранителей.