Книга Хозяин леса, страница 141 – Тимофей Иванов

Определённо магия даёт волшебнику много возможностей. Начиная от элементарного варианта прожить подольше обычных людей, старея куда медленнее их, если конечно не убьют. Маги практически не болеют, а так же на них слабее действуют яды. Меня так вообще мало что проймёт, как впрочем и Зэдала с братьями-охотниками, но при этом никто не склонен недооценивать алхимиков, у которых может найтись особо забористая отрава. Волшебники весьма сильны, живучи и нас мало волнуют условия внешней среды, можем хоть в набедренных повязках спать в сугробах, не опасаясь отморозить самое дорогое. Если конечно ступень Лестницы в Небеса достаточно высока. Но сейчас одним из своих главных преимуществ я считал именно мобильность, как бы странно это не звучало в плане того, что наша армия вообще-то ведёт осаду.

Слухи о моём первом налёте на двигающиеся к нам войска просочились быстро. Как впрочем и о том, что на следующий день принц лично пришёл ко мне вручить награду за образцовое выполнение боевой задачи. Причём у многих господ аристократов не было точной информации о том, чего ж именно я сотворил, кроме обезглавливания одного из магов врага десятой ступени. Рэвис с Хэганом и Эфримом в этом плане держали ушки на макушке и чего только мне не рассказали. Была даже версия, что я зверски изнасиловал княжну Мэдэну на трупах её любовника и сыновей в первую же ночь, когда отправился действовать-злодействовать. А теперь летаю повторять свои неблаговидные действия, издеваясь над несчастной дамой, потому как я злобное двуногое животное. И по совместительству брат принца, бастард почившего короля. А может и не бастард, просто меня враги короны в детстве украли и бросили на съедение демоническим зверям, которых я в итоге схарчил сам. Правда кроме историй уровня Чака Норриса, у которого ночью в комнате всегда светло, так как темнота его боится, хватало и менее приятных слухов. Грязью меня тоже поливали и даже называли пособником мятежников, который в открытую мотается к ним с докладами, пудря неопытному принцу мозги.

Но как бы там ни было, а все смекнули, что я у Зэдала в большом фаворе. А потому к нашему форту потянулись делегаты, которых с трудом удавалось отваживать, не обижая. К моему великому счастью, в нашей относительно дружной компании всё таки был высокородный наместник северной марки, чьим подчинённым я формально числился, а Хэган всем заявлял, что я отдыхаю после очередного рейда или и вовсе нахожусь в руках у целителей. Отмазка была железная, а я продолжал радоваться своей мобильности, которая позволяла быстро сваливать, избегая контактов с аристократами. Ну и прилетал действительно пожрать да поспать, сидя в комнате от греха подальше. Ведь если никто не может с тобой поговорить, то никто не может вплести тебя в свою интригу, спровоцировав на какие-то слова или действия.

Рейды же на движущиеся к нам армии шли своим чередом, хоть и не без трудностей. Никогда не стоит считать врага идиотом, не способным учится на своих ошибках. Мятежники не попадались дважды на один и тот же трюк, а ещё быстро наладили связь между собой после того как я навестил войска князя Хэшвы. Создание грозовых туч столкнулось с противодействием магов воды, собирать их удавалось только вдали от лагерей, пригонять и крайне недолго вести бомбардировку молниями. Разбегался же народ от них теперь недалеко и очень осторожно, а так же не паникуя. Ловить зазевавшихся противников сначала стало сложно, а потом и вовсе почти невозможно. Маги земли навострились организовывать, внезапно, землянки, где вместе со своими товарищами укрывались от бомбардировок.