Книга Высотка, страница 32 – Елена Рыкова

Но Саша предпочёл бы стать вон той кучей льдин и палок, чем подставить другую щёку под следующее «ха-ха-ха».

— Паша, верно? – уточнила царевна-лебедь, и этот олух кивнул. – Я астрономию изучала и знаю прекрасно. Все созвездия – наизусть.

— Значит, в вашем учебнике склеились странички, – сказали вдруг из-за газеты.

Вот чудак, газет давно нет, люди в телефонах сидят, а этот – ботинки чищены, на брюках стрелки. Он её переломил надвое, свою газету, глянул на нас глазами ярко-синими, как весна, бодрый такой старичок.

— Так и есть, – говорит, – подтверждаю. Бегемот и Жираф. По ним ориентироваться надо, когда на Венеру летишь. Нас так учили.

— Где это вас так учили? – Вика сверкнула зубной эмалью, но уже не так уверенно.

— В лётной школе, – удивился он.

Вика фыркнула.

— Ещё одно вижу, – старичок приглядывался к моему творению на Сашином виске. – Очень известное созвездие. Овца.

Царевна-лебедь вдруг покраснела и ускорилась к подъезду. Каблуки цокали обиженно. А он приподнял шляпу, поклонился нам и ушёл.

Мы с Сашкой сидели молча, и звёзды сияли на его лице.

— А вы что, не знакомы? – подошла к нам тётя Вася КГБ. – Это деда Юра из триста двадцать четвёртой. Он давно в нашей высотке живёт, с шестьдесят восьмого.

— Ну что, ПАША, пошли, – говорю, – смываться. У тебя всё лицо в каляках, разрисовался, как маленький, ПАШ.

История, которая привела нас в подвал, началась с одной обиды. Мы с Саньком сидели на лавке рядом с домом и болтали.

— Если лучшая подружка – это элпэ, то как мне тебя называть? Элдэ? – спросила я, и Сашка обиделся.

Он очень комплексует, что я не мальчик, это просто бзик какой-то. Вообще свихнулся. Видит пацана и кидается на него как бешеный. Дворовые из соседнего дома к нам уже не ходят. Со своими театральными он из-за платья принцессы поссорился. А одноклассники подшучивают над его любовью к вышиванию.

— Что со мной не так? Почему мальчики со мной не дружат? – гундосно начал он.

«Сейчас скажет: только ты», – подумала я.

— А только ты со мной дружишь.

— Вообще-то у Гарри тоже элпэ была – Гермиона!^[38] И ничего, не стеснялся!

— Ну не только ж она, а Рон? Рон тоже был. А у меня лишь ты.

— Как это лишь я? А Кирилл? А Вовчик? А Снегопад? А этот вон, Серёня из «Морского боя»?

— Тройка, ты издеваешься, да? Они твои друзья! Ну, кроме Снегопада, тот Лилин! А я хочу своих!

— Зачем тебе мальчики? Элдэ должен быть один. И он у тебя – я. Мне нравится! – я пихнула его кулаком в плечо.

— Понимаешь, мне одиннадцать лет! – сказал Саша по-стариковски. – А я ещё ни разу не дрался! Не пробовал курить! Не воровал на заправке жвачку! Да что там: у меня и переломов серьёзных не было.

Тут уж я обиделась.

— И письмо из Хогвартса^[39] не приходило, дай угадаю? – говорю. – Так, пора в магазин. Нужен шампунь, растворитель и зубная паста. Ты со мной?

Но Саша только мотнул головой. Наверное, думал о том, какие препоны стоят на пути его счастливой судьбы малолетнего преступника-куряги по шею в гипсе.

В магазине я выбрала шампунь «Дегтярный». Пахнет так, что насморк начинается. Всю эту лавочку с Алькиными слаймами пора прикрывать. А то ишь, повадилась детективов нанимать.

Когда я подошла к подъезду, Сашки на скамейке не было. Вот тебе и Элдэ, подождать пять минут не мог. Я вскарабкалась на тридцатый и позвонила ему в дверь. Санёк открыл, и выражение лица у него было совершенно безумное: