Книга Высотка, страница 27 – Елена Рыкова

Ковшик, Сковородка и Вова странно на меня покосились.

— Ладно-ладно, погорячилась! Приятные такие старички. Милаги.

— Какой же дом без домовиков, – Вовка развёл руками. – А у нас тут квартир не насчитаешься, и везде покой нужен.

— Ты… это… – один мокрый крысовичок выполз из-под подорожника. Поверх нарисованного красного кафтана по нему бегали крупные мурашки. – За Сковородку извини. Не хотели мы, влюбились просто, – он пожал плечами и улыбнулся. – Нет, мы хотели-хотели, мы очень её хотели. – Он зазвенел маленьким злым хохотком и ускакал по траве.

— Тройка, ты её теперь береги, – посоветовал Вовка. – Пойдём, провожу вас.

— Спасибо тебе, – я пожала его руку, – за то, что спас.

Мой третий глаз увидел, что Вове очень приятно.

Мы теперь в кинотеатре Петра Олегыча часто зависать стали.

В марте оно как: солнце уже тёплое, сугробы стаивает.

Крики китов из Тихого океана чаще до высотки долетают.

Всё тайное становится явным. Тётя Вася КГБ каждого пса из нашего дома по форме кренделька на газоне узнать может. Она у нас очень толерантная: позорище прилетит любому, вне зависимости от пола, возраста, расы и уровня дохода.

— Что ж вы, товарищ Полученков, за своей Тефтелей не подобрали? – гудит она на весь двор. – А ещё актёр!

Сидишь уже так на качелях, расслабишься, веснушками загораешь под аккомпанемент тёть-Васиного могучего баса, смотришь, как Аркаш Горыныч мимозу в вытянутой руке тащит. Весна. И вдруг: налетит метель, занесёт труды солнца и тёть-Васины дедуктивные происки.

На улице, когда зима напрасно злится, находиться очень неприятно. Вот день теперь и начинается со школы, а продолжается Сашкиным звонком в дверь:

— Го^[33] к мультипликатору?

Между собой мы Петра Олегыча Создателем зовём. Мы с Сашкой больше никого другого не знаем, кто б из неживого живое мог делать при помощи карандаша и бумаги! Пётр Олегыч – король нашего мира, его и Сковородка, и Лещ уважают, и даже Сашкин кот по кличке Кот об ноги трётся.

С нами в кинотеатр Анчутка с Кириллом ходить повадились, и Марика, и Вова, и Алька, и даже Лила со своим крашем^[34] – Ваней Снегопадом, который у нас в супермаркете подрабатывает. Торчит белой головой из окошка «Аптека» в глубине зала. Ваня студент, учится на фармацевта. Это он мне однажды сказал, как испортить Алькины слаймы:

— Зафигарь туда шампуня побольше. Выбери повонючей.

Создатель только рад, ведь в кино должны ходить дети. Он показывает нам свои любимые мультики и кинишки: «Дикобраз в низине», «Человек-ихтиозавр», «Приключения робота – двойника реального мальчика», «Плавучий дирижабль», «История историй», «Ну, погляди!» и длинную, очень занудную и медленную «Гостью из вероятностно грядущих лет».

Кирюша откуда-то добыл автомат для попкорна, и теперь это наша основная пища. А я игровые автоматы полюбила. Когда мы кинотеатр только нашли, на одном стоял тазик с жетонами, и их там было огромное количество. Но даже оно, это огромное количество, стало со временем заканчиваться. Поэтому Снегопад принёс перфоратор и наделал в жетонах дырочек. Мы их на ниточки привязали, чтобы обратно из автоматов вытаскивать.

Люблю «Морской бой»! Жетон бросила (верёвочку вокруг пальца) – музыка сразу играет, по экрану кораблики плывут. Я лицо к перископу прислонила и прицелилась. Вдруг всё пропало и я оказалась внутри автомата. Резиной пахнет и сладкой ватой, а вокруг – много-много девочек и мальчиков. И все зелёные.