Книга Инженер страны Советов, страница 94 – Евгений Панов

Проблема на самом деле была достаточно серьезная. Финны, вооруженные пистолетами-пулеметами «Суоми», попили много крови у наших бойцов, а нам и ответить было почти нечем. И при всем при этом Наркомат обороны был категорически против автоматов, называя их полицейским оружием. Понесенные в ходе боев потери способствовали просветлению в мозгу.

Увы, дела у нас в этой сфере обстояли не блестяще. Были даже предложения просто скопировать финский ПП и не заморачиваться. Радовало лишь то, что работы по промежуточному патрону были на стадии завершения. Уже была изготовлена опытная партия таких боеприпасов. И под этот патрон наше «Бюро» уже заказало разработку штурмового карабина-автомата, ручного пулемета и самозарядного карабина. К сентябрю должны были быть представлены образцы оружия для проведения конкурса.

На Ближней даче, пока к нам не вышел хозяин, сидели с Берией в гостиной. Я рассказал о «случайной» встрече в ресторане и посетовал, что, видимо, придется мне встать на скользкий путь предательства и буквально продаться агенту немецкой разведки.

— Ай, не переживай, Михаил. Мы тебе в случае чего по блату любой лагерь на выбор предложим, — пошутил глава НКВД. Хотя кто его поймет, пошутил ли. Далее мы с ним, смеясь, начали обсуждать достоинства и недостатки сидения в том или другом месте.

— И о чем смеются два таких ответственных товарища? — Сталин вошел тихо, что мы даже не заметили.

— Да вот, товарищ Сталин, решаем с наркомом внутренних дел, в какой лагерь мне, так сказать, по блату придется отправляться после того, как меня разоблачат как агента германской разведки, — усмехнулся я.

— Ну если по блату… — Сталин раскурил трубку, выпустил клуб дыма и продолжил: — То я бы посоветовал Туруханский край. Я там в ссылке был, так что могу написать знакомым и попросить приютить вас, гражданин Шершнев.

Я решил схохмить и встал с поникшей головой:

Я знал эту пьесу Филатова наизусть и частенько, бывало, цитировал. Гениальная вещь. В ней есть высказывания на любой случай. Вот и сейчас я прочитал с максимальным артистизмом. Хохот был такой, что в гостиную ворвался начальник охраны Сталина Власик. Его взгляду предстала картина буквально валяющихся от хохота Вождя и главы НКВД и меня, стоящего с улыбкой на лице. Покачав головой, он скрылся за дверью. Отсмеявшись и вытерев с глаз выступившие слезы, Сталин попросил меня рассказать пьесу полностью, если помню. Пришлось постараться.

— Хорошее произведение, но, к сожалению, пока его рано выпускать в свет. — Сталин покрутил в руках погасшую трубку. — В свете грядущих событий это может осложнить наши взаимоотношения с той же Англией.

Во время этой встречи на даче я задал вопрос о ходе работ по атомному проекту. Мне ответили, что работы идут, и есть все основания полагать, что к концу 1944 года у нас будет атомная бомба. К этому времени должны быть готовы средства доставки. На фирме «Боинг» уже работали несколько наших агентов, в том числе и в конструкторском отделе. Так что, думаю, американцы помогут нам с разработкой самолета-носителя.

На мой вопрос об американском «Манхэттенском проекте»^[53] Сталин молча вышел из гостиной и вскоре вернулся, неся в руках папку с вырезками из американских газет. Вырезки содержали статьи о смерти того или иного видного ученого. Отто Фриш, Эдвард Теллер, Энрико Ферми, Нильс Бор, Лео Силард, Эдвин Макмиллан, Роберт Оппенгеймер и еще десятка полтора фамилий. Все они покинули наш несовершенный мир при разных обстоятельствах. Кто-то утонул, катаясь на яхте, кого-то сбила машина, кто-то угорел на кухне, некоторые были убиты при ограблении. Часто полиция и ФБР находили следы, которые вели в Германию и Японию. Полковник Лесли Гровс^[54] был убит гангстерами. В его доме нашли улики, указывающие на его связи с криминалом. Сенатор от демократической партии Гарри Трумэн^[55] был также убит неизвестными. В ходе расследования ФБР выявило связи сенатора с представителями мафиозных группировок, контролировавших игорный бизнес. Были найдены документы, подтверждающие неоднократные случаи получения сенатором взяток.