Книга Инженер страны Советов, страница 122 – Евгений Панов

Откуда-то сверху на «таиров» свалилась четверка Ме-109. Что там происходило с бомбардировщиками, я не видел, они скрылись из видимости, но думаю, их тоже не оставили без внимания. Боюсь, что сейчас повторится сцена из фильма «Живые и мертвые», когда немцы как на полигоне сбивали летящие без истребительного прикрытия советские бомбардировщики. Я аж зубами заскрипел от бессилия, но, как оказалось, зря.

«Мессеры» вдруг резко вильнули в сторону, а им наперерез устремилась пара И-185. Хм, боевой радиус у этих истребителей чуть больше 400 километров. Не думаю, что кто-то пошлет их в прикрытие на предельную дальность без возможности вести бой. Значит, до линии фронта не более трехсот километров, а это, в свою очередь, означает, что история окончательно пошла по другому сценарию, и немцев все же смогли остановить.

На дороге тем временем творился форменный хаос. Немцы в беспорядке бегали туда-сюда, а мой взгляд приковало к себе легковое авто, съехавшее в кювет и опрокинувшееся на бок. Удачно было то, что авто ехало в западном направлении и съехало с дороги с нашей стороны.

На постановку задачи Земляному с его пограничниками ушло буквально несколько секунд, и вот они уже скрылись в высокой траве. Гризли расположился поудобнее, расставив сошки на «Незабудке» и приготовившись в случае необходимости прикрывать наших.

Земляной со своими вернулся минут через тридцать, гоня пинками немецкого офицера в чине майора с витыми погонами на лимонно-желтой подкладке и таща на себе какого-то гражданского, на животе которого сквозь белую рубашку проступала кровь.

— И зачем ты его приволок? — кивнул я в сторону гражданского.

— А вдруг кто-то важный? — Земляной вытер пот со лба. — Вот этот вот, — он кивнул на майора, — уж больно защищал его. Да и портфель у него очень уж большой. Может, там что нужное содержится.

— Ладно, хрен с тобой, — я махнул рукой, — но потащишь его ты сам.

В нашем импровизированном лагере раненый гражданский пришел в себя. Перед этим его осмотрела наша хирург Наталья Вейдель и только покачала головой: не жилец. К тому времени я скинул с себя маскировочный костюм и расхаживал в форме немецкого ефрейтора, периодически ловя неприязненные взгляды со стороны некоторых членов нашего маленького отряда.

— Кто вы? Назовите себя? — по-немецки обратился я к раненому.

Увидев перед собой немецкого солдата, тот немного успокоился.

— Меня зовут Вальтер Френц. Я личный фотограф фюрера. В моем портфеле — заснятая и проявленная кинопленка с убийством русскими бандитами рейхсфюрера Гиммлера. Ее нужно немедленно передать командованию, чтобы ее поскорее доставили в Берлин. Я сам хотел это сделать, но, видимо, фортуна отвернулась от меня. Поспешите. Фюрер должен знать, как все произошло… — С каждым словом он говорил все тише и тише и, произнеся последнюю фразу, отключился.

Вот так да. Можно сказать, у нас в руках — документальное подтверждение совершенного нами. Эх, хотел бы я посмотреть это кино.

Теперь остро встал вопрос, как переправить пленку командованию, только уже не немецкому, а в Москву. Ну да решим и эту проблему.

А вот допрос майора-связиста дал очень много полезной информации. Поначалу он кочевряжился и наотрез отказался говорить, всеми силами изображая из себя героя рейха. Пришлось припугнуть его.