Онлайн книга «Обреченный венец»
|
Пришел староста братчины, дядя Радила, готовясь резать и разделывать бычка. Кузнец Максим точил ему нож в окружении мужиков, наблюдавших за этим важным делом. В бычке, выкормленном всем миром, тоже заключалась общая счастливая доля, и приготовить ее к новой раздаче нужно было по самому верному порядку, самыми честными руками. К котлам подошла матушка Мирофа: она всегда наблюдала за разделкой бычка и варкой мяса, зная, что ей предназначен самый большой и хороший кусок. Сегодня и она была какая-то странная, обеспокоенная и смущенная. Как ходили девки До зелена бора! — доносился из кучки парней веселый голос пастуха Ильяшки: сегодня, когда никто не работал, в играх и песнях он был первый. Как искали девки Черного медведя! Дальше описывалась встреча и кто кому чего показал; повесть эта прерывалась хохотом парней, и мужики возле Радилы тоже ухмылялись в бороды. Мирофа бросила взгляд в сторону парней, покраснела и отвернулась. Бабы переглянулись и с любопытством на нее уставились. — Ишь, охальники! – сердобольно воскликнула баба Танья. – Хоть бы в праздник языки-то укоротили! — Как батюшка-то наш нынче? – спросила баба Лукерья, шустрая, морщинистая старуха, ехидно щуря глаза. – Здоров ли? А то мы глядим, не захворал ли часом? — Нет, слава богу, – ответил Мирофа каким-то странным голосом, то хриплым, то слишком высоким, и прочистила горло. – Все хоро… Она словно поперхнулась и издала странный звук, похожий на куриный клекот. Закрыла себе рот рукой, нарочито закашлялась и торопливо пошла прочь. Бабы еще раз переглянулись, изумленно вытаращили глаза: что это случилось, если Мирофа убежала от бычка? — Ох, что-то у них неладно в дому! – Лукерья покачала головой. Она была из тех деревенских проныр, кто всегда все знает, даже то, чего знать никто не может. – Может, батюшка того… — Да ну тебя! – Улита, пышная важная баба, махнула на нее рукой. – Не наше дело. — А я видела, – зашептала Нушка Квашня, – видела, как матушка Миропушка давеча из лесу шла. — Как шла? – Бабы сдвинулись ближе. – Почто она туда ходила? — По грибочки ходила, с лукошечком была, да что там в лукошечке, я не разглядела, она папорти листом прикрыла. А сама шла… – Квашня запнулась, – ну, ровно из бани. Румяная, глаза блестят, волосы из-под платочка висят, и ухмылочка такая бродит… Я уж думаю, никак ей бражки поднесли. — Да что ты бредишь, Нушка? – усомнилась Улита. – Кто ж ей в лесу поднесет – медведь, что ли? — Она точно по грибы ходила! – поддержала Агнея. – Моя девка шла к отцу на заимку, встретила ее. До бору вместе шли, а куда она дальше – неведомо. — Не к твоему ли на заимку? — Чего ей там делать? Она сроду там не была, и дороги бы не сыскала. Сказала бы девке моей, была бы нужда. — А то может, для батюшки, корешок какой… попользовать. Бабы захихикали. — Вот он уж попользованный! – сурово сказала Улита. – От ничего шарахается! Будто изурочил кто. Все дружно посмотрели на Агнею. — Христом-богом клянусь! – Та живо перекрестилась на церковные крест и на крыльцо притвора, откуда сыпало веселым гулом. – И на ум мне не всходило! Еще чего – батюшку урочить, отца родного! Может, ему сон худой привиделся. С отцом Ираклидом и впрямь творилось неладное. Когда Мирофа вчера пришла из лесу, ее вид сразу показался ему странным. И не чтобы долго ходила – бывало и дольше, если грибы есть. Принесла горсточку, а устала, будто целый воз набрала. |