Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 56 – Моргана Маро

На улице раздались удары барабанов, призывающих собраться у главного шатра, перед которым уже расположились столы для императора, императриц и старых министров, не участвовавших в охоте. Навесы укрывали от яркого света Цышань, а прохладительные напитки и закуски спасали от обманчивой весенней жары.

Поклонившись императору и императрицам, гости заняли свои места: девушки сели за столы, а мужчины в ожидании смотрели на вдовствующую императрицу, сидевшую рядом с императором. С кожей цвета меди, она напоминала старую воительницу Южной Хэ, которую насильно обрядили в одежды людей с Центральных равнин. Ее болезненный вид навевал мысли о скорой кончине: глубоко впавшие глаза, заострившиеся скулы и бледные губы. Казалось, она и дышит прерывисто, словно в любой момент ее душа готова была покинуть тело и вознестись на Цышань.

— В этом году сразу два Наших сына будут участвовать в охоте и, надеюсь, не разочаруют Нас и вдовствующую императрицу, – произнес император Тайшэн, и его взгляд скользнул на стоявших впереди Тай Фансиня и Тай Шэньху. – Нам доложили, что в лесах видели белого тигра. Тот, кто убьет его, получит в награду тысячу серебряных таэлей!

Собравшиеся мужчины взволнованно переглянулись, явно не ожидав столь щедрой награды.

— В этом году Мы не будем участвовать, потому у вас есть шанс проявить себя, – продолжил император. – Охота продлится три дня, часть добычи пойдет на стол, другая – вашим женам и дочерям. Тот, кто не поймает ни одного зверя, будет оштрафован на десять тысяч серебряных таэлей!

Мужчины, что думали развеяться на охоте и надеялись даже не доставать лук, вздрогнули и сжались. Каждый из них должен принести хотя бы кролика, чтобы не разозлить императора.

Тайшэн махнул рукой, и вновь забили барабаны. Слуги вывели заранее подготовленных для охоты лошадей и гончих, рвущихся в сторону леса. Тай Фансинь запрыгнул на своего коня и, громко крикнув: «Цзян!^[13]», одним из первых направился к лесу. За ним поспешил и первый принц, явно намеревавшийся составить компанию брату хотя бы в первый день.

Проводив их взглядом, Ян Юмэй изобразила на лице печаль и промокнула платком уголки глаз. Сидевшая рядом с ней девушка из знатной семьи тихо фыркнула и отвернулась.

Женщины не участвовали в охоте, но было одно исключение в лице Дун Яо – матери Дун Миня и Ся Бэй. Ей были открыты такие дороги, о которых остальные девушки даже подумать не могли. Вдобавок она единственная ходила в мужской одежде и не боялась, что кто-то ее осудит. Для Тай Фансиня Дун Яо являлась сильным соперником.

Первая добыча стала прибывать спустя половину шичэня: сначала кролики, после – фазаны и вскоре – тушки молодых оленей, которых тут же отнесли на кухню.

Стараясь делать вид, что не скучает, Ян Юмэй следила за императрицей И. Та даже не замечала девушку, распивая вино и порой о чем-то тихо беседуя с придворной дамой. Навряд ли стоит ожидать от нее удара в первый же день, но и расслабиться Хуанъянь не могла.

Барабаны пробили вторую стражу, а мужчины все не возвращались с охоты. Нехорошее предчувствие сжало сердце Ян Юмэй, и она уже собиралась позвать оставленного у Тай Фансиня мотылька, как рядом раздался голос:

— Они не вернутся сегодня.

Рядом с ней стояла Ся Бэй в теплом плаще, спасающем от холодной ночи.