Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 129 – Моргана Маро

— Мы ждем человека, в котором пробудился огонь, и навряд ли кто-то из вас им является.

Хо, в образе воробья пристроившаяся на голове Дао, недовольно чирикнула. Тай Фансинь же не сдержал усмешки, которую никто не увидел из-за маски. Он призвал ту внутреннюю темную силу, что заполучил в горах, и она вспыхнула в груди, черно-алым ореолом возникнув за его спиной и обдавая таким жаром, что трава обратилась пеплом.

— Тогда вы его дождались.

Племя Цинь расположилось вокруг светящегося древа высотой в три чжана. Оно напоминало отломленную во время войны богов и демонов ветвь Цышань, что вонзилась в землю и пустила корни. Разве что в вечерних сумерках, когда само Цышань уже окрашивалось серебром, это древо все так же сияло золотом, освещая территорию племени лучше всяких костров и фонарей. И все же, по сравнению со свечением Цышань, этот свет был слишком тусклым, чтобы его можно было заметить с кроны.

Вместо привычных домов повсюду стояли шатры преимущественно красного цвета, со множеством вышитых рисунков: в основном с лошадьми и парящими птицами, чьи хвосты напоминали длинное пламя. Одежда здешних людей была из грубой плотной ткани, украшенной вышивкой, разноцветными поясами, золотыми монетками и кольцами. Женщины с загоревшей кожей и черными как смоль волосами с интересом и настороженностью выходили из шатров, смотрели на странных гостей и фыркали при виде Бай И с ее белой кожей и тонкой талией.

Из главного шатра, вход в который украшал вырезанный из кости феникс, вышла женщина с седыми волосами и тростью. Прихрамывая, она опиралась на нее. В свете древа Тай Фансинь смог разглядеть лицо, искаженное старым шрамом. Когда-то эта женщина была воительницей.

— Кого вы привели? – сухо спросила она у одного из воинов.

— Эти люди с Центральных равнин прилетели на тешоу, – прижав к груди кулак, произнес мужчина. – В одном из них горит огонь наших предков.

Услышав его слова, кочевники зашептались и внимательно всмотрелись в незваных гостей. Несомненно, их сразу привлек Тай Фансинь со своими белыми волосами, столь редкими во всех трех Мирах.

— Ты, – указав узловатым пальцем на принца, произнесла женщина. – За мной.

Она развернулась и скрылась в шатре. Помедлив, Тай Фансинь вошел следом, оказавшись в круглом теплом помещении со шкурами на полу, печкой в центре и деревянными грубыми шкафами вдоль стен. В них лежали свитки, тетради и кухонная утварь. На отдельной стойке расположились копья, луки и мечи.

— Как тебя зовут? – сев на мягкую подушку и положив на колени трость, спросила старуха.

— Тай Фансинь.

— Нет, не это имя, – махнула она рукой, словно прогоняла назойливую муху. – Другое имя, данное тебе матерью.

— Тай Хао.

— Хао… – задумчиво произнесла женщина. – Как ее звали? Твою мать?

— Ци Лу, она родом из Южной Хэ.

— Так, значит, она взяла это имя… – пробормотала она. – И что же случилось, раз один из сыновей императора оказался в Южной Хэ? Поведай этой старой главе Цинь, почему ты здесь?

— Я был изгнан и лишен титула. Императрица Ху сказала, что здесь меня ждут люди, которые готовы встать на мою сторону.

— Какие смелые слова, – цыкнула языком глава Цинь. – У нас и правда есть легенда, что однажды к нам придет человек с душой феникса и вернет величие рода Цинь, а также объединит все племена. Но, глядя на тебя, я вижу лишь плененного, лишенного силы Юнь, к тому же с испорченной кровью.