Книга Сон-да-Ветер, страница 130 – Александра Глазкина

В следующее пробуждение обнаруживаю, что убогие хижины аборигенов сменились стерильностью просторной палаты. На мой вызов поспешно прибегает медсестра, а за ней — Отто. Об отце я говорить не хочу, поэтому отчаянно пытаюсь сосредоточиться на чем-то более приятном. Перебираю последние слова Отто, услышанные на Бату, и выпрямляюсь:

— Нира? С ней все в порядке?

— Ваша. спутница…

— Жена, — твердо поправляю я.

Отто вскидывает брови, но, как и в старые добрые времена не позволяет себе ставить под сомнение мои слова.

— Ваша супруга, Микаэль, сейчас находится в палате реанимации. Ее состояние уже стабильное, но врачи, скорее всего, рекомендуют ей постельный режим до конца… эээ… ее положения.

— Значит, с ребенком все в порядке?

— Да.

— Слава Богу! — да, быстро же я переключился с чужих богов на своих.

Только сейчас до меня доходит, что не просто мир Смотрителей с его верованиями и ритуалами остался в прошлом. Нира будет рожать в больнице, в окружении специалистов и новейшей аппаратуры, а не на острове, под шум совиных крыльев и молитвы, возносимые Сомнии. Какое облегчение! Какое счастье! Уже одно это оправдывает риск, которому я ее подверг, пробивая путь домой.

— Я могу ее увидеть?

Отто отрицательно качает головой.

— Пока не стоит. Не знаю, что случилось, но вам обоим, похоже, пришлось пережить серьезное падение и… психологическое потрясение… У вас еще будет время, а пока отдыхайте!

Я не осмеливаюсь прекословить, хотя мог бы быстро вернуть наше взаимодействие с Отто в привычный сценарий покорного слуги и капризного хозяина. Мог бы, но не стану. Во-первых, я столько переживал за Ниру, что готов сейчас хоть на голове стоять, если того потребуют врачи. Во-вторых, чувствую, что Отто изменился. И дело не только в поседевших волосах. Он безукоризненно вежлив со мной, но подобострастности в голосе больше нет. Отто стал более собранным и величественным? Нет, каким-то более уверенным и спокойным. И, подозреваю, что прежнего общения с ним не выйдет. Много же я, должно быть, пропустил за это время! Кстати, о времени.

— Отто, сколько прошло времени?

— Вы вторую неделю здесь, но врачам пришлось колоть Вам снотворное, чтобы..

— Нет, ты не понял. Сколько всего прошло времени. Ну, с того дня, как я исчез?

— Почти три года, Микаэль. Мы не прекращали поиски, но, честно сказать, уже отчаялись. И тут вести с Бату! Туземцы уже считают Вас новым посланником небес, так что готовьтесь к славе и поклонению!

Я вижу, что Отто иронизирует, но в то же время в его словах проскальзывает озабоченность. Меня же невольно передергивает. Чем-чем, а поклонением я объелся досыта и в своем статусе Смотрителя, хватит уже! Так, а дело-то не только в Отто! Я и сам изменился. От нагловатого бездельника, которым я был когда-то, ничего уже не осталось. За это время я сполна испытал и одиночество, и всемогущество, и отчаяние, и осознание ответственности за судьбы других людей. Самое время задуматься: а не всемогущий ли герр Бауэр устроил мне визит в иномирье, а потом обеспечил возвращение? Сейчас из меня, пожалуй, выйдет идеальный руководитель, умеющий соблюдать баланс между собственными амбициями и уважением к вверенным ему людям! Не этого ли отец добивался? После того, как Бриз сбросил маску верного друга и превратился в коварного Аира, я готов подозревать всех и во всем!