Книга Третья дочь графа фон Дигби, страница 87 – Елена Галунец

— К бабуле. Она меня ждёт.

— К моей бабуле?

— Нет, к своей.

— Она тоже волшебница?

— Ещё какая. Сказки у неё волшебные.

— Папа говорил, что его бабушка тоже сказки писала. А ты что умеешь?

— Я? — не ожидала я, конечно, такого вопроса, но тут же сориентировалась: — Покупать подарки детям.

— Это не волшебство. Папа тогда тоже волшебник, получается, — улыбнулась она и вылезла из своего укрытия.

— Он покупает тебе подарки? — наигранно удивилась я. — И вправду волшебник!

— Я думаю, что ты врёшь. Ты не волшебница.

— Ого! С чего ты это взяла?

— Одежда у тебя обыкновенная.

— А какая должна быть?

— Волшебная, — хмыкнула она. — Длинное платье, плащ и палочка со звёздочкой.

— Какая палочка? — не поняла я сначала, а потом дошло: — Так я в своём мире так хожу, а здесь я одеваюсь как все, чтобы не узнали.

— Нет. Ты воровка, залезла в наш дом, чтобы ограбить. Вон, мамины украшения уже на себя надела, — ткнула она пальцем мне в район шеи.

— Это мои украшения! — возмутилась я, боясь, что ребенок сейчас точно закричит и прибегут её родители или няня. — А хочешь, я тебе колечко подарю? Золотое, — сняла я с мизинца самое маленькое.

— Не хочу, — начала она пятиться к лестнице, ведущей на первый этаж.

— А что хочешь? — запаниковала я.

— Тиньки-виньки. Розового.

— Я сейчас же куплю, только помоги мне выйти из дома, чтобы никто не видел, а то сработает волшебство, и я исчезну, и ты останешься без Тиньки-виньки, — быстро проговорила я, хотя понятия не имела, что это за игрушка такая, да ещё и розового цвета.

— Врёшь!

— Клянусь, сегодня же принесу тебе подарок. Я же волшебница. Возьми колечко, — протянула я ей свой залог. — Обменяемся потом, когда я приду.

Девочка сомневалась, но было видно, что ей очень этого хотелось. Я почувствовала себя бессовестной обманщицей, но вроде бы ничего плохого я не делала.

— Трояна, бери, — вспомнила я, как её зовут.

Она удивилась, услышав своё имя, и снова сделала шаг назад.

— Откуда ты знаешь, как меня звать?

— Я же волшебница. Я знаю даже, как зовут твоего папу. Годвин, — воздала я себе похвалу за свою хорошую память.

— А маму? — не унимался ребёнок, и я уже думала, что придется бежать либо напролом вниз, либо наверх и снова крутить несчастному зайцу голову, потому что мамино имя я не знала.

— Пока мы с тобой тут болтаем, Тиньки-виньки в магазине разбирают, и тебе может не достаться, — предприняла я последнюю попытку, и вдруг девочка, глянув вниз, замахала рукой, показывая, чтобы я пряталась. Я тут же вернулась на чердак и прильнула ухом к дверному полотну. По спине уже бежал пот ручьями. По женскому голосу, доносившемуся со второго этажа, я поняла, что пришла мама и она пригласила девочку на обед. Ну что ж, выхода нет, и придётся ждать. Тем более, помня расположение кухни, незамеченной я не выйду. Сняв куртку и рассовав по карманам золото, я уселась спиной к двери. Через минут двадцать услышала шаги и затем детский шепот:

— Ты там?

— Да, — ответила я и немного приоткрыла дверь.

— Мама ушла в свою комнату, пойдём скорее, — побежала она вниз, и я тут же поспешила за ней.

Оказавшись на улице, я, не оглядываясь, рванула к забору. Вероятно, на стрессе в мою голову полезли глупые мысли, и я не в строчку подумала и даже представила: как если бы мне дали шест, я бы при его помощи с разбегу сиганула через ворота. Но, помня, как открывается калитка, я мгновенно с ней справилась и выскочила на тротуар. Сердце колошматилось от адреналина, как у гончей, и я, пока хватало сил, бежала в сторону центральной улицы со знакомым мне ломбардом. Фрэнк — уже знакомый мне ювелир-приёмщик — сегодня был на смене и, увидев меня, первым поздоровался, а затем, оценив мой ошалелый вид и то, как я тяжело дышала, забеспокоился. Выглянул на улицу, ища глазами, от кого я могла так бежать, и, никого не найдя, вернулся за прилавок.