Книга Клон. Поиски истины, страница 28 – Габриэлла Лопез

Майза тогда разозлилась. Это было уже давно... А теперь... Теперь она ясно понимала, что старая няня говорила верно и оказалась права. И если бы Майза вела себя иначе, привязалась бы к Мел, видела бы в ней свою радость, ничего страшного с ними бы не случилось. И если б Майза была ближе к дочери, то сумела бы, наверное, отговорить ее от брака с Шанди. Повлияла бы на нее, когда та бросилась искать успокоение в наркотиках...

Майза стала прозревать, но поздно. Однако стоило попробовать вернуть себе дочь и внука. А там, глядишь...

О дальнейшем она старалась не задумываться.

Лео провел в Мараккеше два дня. Приехав сюда, он зашагал по городу, с любопытством рассматривая хижины и бедуинов вокруг. Один из них играл на каком-то забавном, незнакомом Лео инструменте. Лео подошел ближе. Мелодия была тягучая, но довольно приятная. Музыкант водил маленьким смычком по струне, которая при близком рассмотрении казалась похожей на кишку.

— Что это? — спросил Лео, указывая на инструмент.

— Рабаба, — ответил музыкант, не прекращая игры. Он говорил по-английски. Натянута действительно баранья кишка.

Заслышав разговор, к музыканту подошел второй бедуин, вытащил тростниковую дудочку и заиграл на ней. Теперь это был дуэт.

Доиграв, музыкант с дудочкой сурово глянул на Лео.

— Плати! Наш концерт не бесплатный.

Лео возмутился.

— Еще чего! Я просто шел мимо!

— Не шел, а стоял и слушал, — логично возразил бедуин с дудочкой. — Все туристы платят. Мы для этого играем.

— Но я не турист, — пробурчал Лео.

— Какая разница...

— А кто ты? — спросил первый музыкант.

— Я приехал в гости из Рио. Живу в Фесе. Ос-матриваю Марокко... Интересные у вас инструменты...

— У нас еще есть ударные: дуфа и думбук, — сказал первый бедуин. — Меня зовут Джафар. А тебя?

Лео представился.

— Пойдем ко мне в гости, — сказал музыкант и встал, прижимая к себе рабабу.

Лео поблагодарил и отправился в хижину бедуина.

— Выпьешь кофе? — спросил Джафар.

— Кофе? — удивился Лео.

— Ну, да. У оседлых бедуинов это главный и лю-бимый напиток, чему туристы всегда изумляются.

Лео оглянулся по сторонам. И правда — кухонная утварь, предназначенная для приготовления кофе, стояла на самом видном месте: кофейник с длинной ручкой, металлическая ступка, пестик, совок, деревянная мешалка и кусочек пальмовой пеньки.

— И угощение гостя кофе — для нас важный ритуал, — продолжал Джафар.

Он тотчас усадил Лео посреди хижины на мягкий ковер, а в качестве опоры предложил шадад — покрытое ковром верблюжье седло. Лео уселся, прислонился к седлу и стал разглядывать все вокруг.

Бедуинка, очевидно, хозяйка, ни слова не говоря и ни о чем не спрашивая, моментально приступила к приготовлению кофе. Кофейная церемония состояла из ряда действий, выполняемых в строгой последовательности: сначала женщина пожарила зерна, затем размолола их в ступке, а потом сварила кофе в чем-то похожем на чашку, добавляя разные пряности.

— Это называется финджан, — объяснил Джафар.

Когда все было готово, хозяин попробовал первым и остался доволен, судя по его восклицанию и улыбке. Лео он налил кофе немного. «Жадный, что ли?» — подумал Лео. Но, попробовав напиток, понял, почему так мало. Кофе у кочевников был очень крепкий и горький, а пили его без сахара.

Позже Лео выяснил у того же Джафара, как нужно хвалить хозяина. Достаточно сказать ему, что он вынужден готовить кофе с утра до ночи. И это означает, что бедуин — очень щедрый и гостеприимный человек. Но при первом приветствии упоминается не кофе, а как раз молоко.