Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 16 – Габриэлла Лопез

В конце концов, она устала, ей опротивели все эти бесконечные тягостные семейные разборки. И властно заговорила женская суть, упрямо и настойчиво твердившая, что женщина всегда слабее, зависимее и несчастнее. В любых обстоятельствах. Близость с матерью становилась все теснее, росла и росла. А отец... Он привел в дом вторую жену, которую Кадижа сразу возненавидела. И вообще... Разве так поступают настоящие мужчины? Нельзя держать в доме женщину насильно! А угрозы отца в адрес матери? А ее страх перед ним?..

И Кадижа целиком приняла сторону матери.

Правда, далось ей это вовсе не легко. Переход на одну сторону баррикад стоил девочке немалых мучений. Она любила отца, Саид тоже ее обожал, баловал, исполнял любые ее прихоти и желания. И вот так, резко, грубо бросить его, как это сделала Кадижа... Она переживала довольно долго, даже стала плохо спать. Мать поила ее какой-то успокаивающей настойкой из трав, рецепт которой дала верная Зорайде.

Потом Кадижа стала стремиться уехать из Марокко. Во-первых, ее сильно привлекал Рио с его свободой нравов, широтой, обилием удовольствий и развлечений. А чем заниматься в этом скучном, жарком, унылом Фесе? Что делать ей там, молодой и энергичной, падкой на забавы, увеселения и наслаждения, любящей модно одеваться, влюбленной в яркую, светскую, бьющую через край кипящим весельем жизнь? Во-вторых, появился Дуда, с которым ей хотелось видеться постоянно. Поэтому Кадижа особенно в последнее время ратовала за переезд в Рио, а значит, за брак матери с Лукасом. Иного пути и возможности для переезда у них не было.

А отец... «Ну что — отец, — рассуждала Кадижа. — У него остается Рания и маленький сын. И он может взять себе еще одну жену. Даже две. Это не возбраняется. И вообще...»

Она устала вспоминать о нем, ей надоело. Кадижа хотела думать о своей новой чудесной жизни в Рио и о Дуде. А все остальное не имело сейчас почти никакого значения.

В Рио в доме Феррасов она просто пришла в восторг. В основном из-за Иветти, поскольку Лукаса знала давно и уже успела к нему привыкнуть, а Леонидас и Далва встретили мать и дочь настороженно и даже враждебно. Но Иветти, Иветти! Ее присутствие, один ее милый воркующий голос, ее улыбка согревали дом в любое время суток, при любой погоде и настроении его обитателей. Искренне любя Жади, Иветти тотчас приняла живейшее участие в судьбе ее дочери и занялась девочкой всерьез. Тем более, что делать ей особенно было нечего. И Кадижа под руководством Иветти моментально просветилась и стала ориентироваться в модах, увеселительных заведениях Рио и многом другом, связанном с веселой и праздничной жизнью.

Нельзя сказать, чтобы это очень нравилось Жади. Однако возражать и спорить она не осмелилась, ей это даже не пришло в голову. Она не хотела портить отношений с Иветти, основным ее другом в доме Феррасов, если, конечно, не считать Лукаса. Терять приятельницу в таких непростых условиях она не могла, это было бы чересчур неразумно. Поэтому Жади молчала и терпела, немного отстранившись от дочери, которая теперь полностью находилась под влиянием Иветти и попросту ее обожала. Девочка развлекалась и веселилась в обществе Дуды довольно долго, пока тот сам наконец не спросил:

— А ты чем собираешься заниматься в Рио? Так и будешь болтаться без всякого дела? Я бы тебе не советовал.