Книга Эдера 3, страница 208 – Мирослав Адамчик

— Нет! — закричала Эдера, вскакивая с постели и бросаясь в угол комнаты.

— А я пообещал сеньору Бертони, пообещал, дал ему слово, — Зико приблизился к жене. — Скорее! — приказал он.

— Нет, я не буду!

— Расстегни штаны сеньору Бертони!

— Нет! Никогда!

— На колени! — крикнул Зико, но Эдера прижалась к стене.

Зико схватил жену за плечо, дернул на себя и резко ударил в живот.

От этого удара у Эдеры закружилось в голове и она, переломившись, словно тростинка, опустилась на колени. А сеньор Бертони приблизился к женщине почти вплотную.

— Ну же, расстегни ему штаны и не заставляй меня тебя бить! — прошептал на ухо Зико. — Скорее! Скорее!

Он взял Эдеру за руки. Пальцы не слушались Эдеру, и она никак не могла нащупать молнию брюк сеньора Бертони. А тот тяжело пыхтел и продолжал облизывать свои толстые слюнявые губы.

— Ох, ох, как мне хорошо, — тяжело дышал ювелир.

— Ну, делай же, делай скорее! — приказывал Зико. — Думаю, что у вас все будет в порядке, сеньор Бертони.

Эдера посмотрела на ювелира умоляюще.

— Нет, сеньор Бертони, не надо, не надо...

— Ты дорого мне обошлась, — пробормотал ювелир, — я отдал за тебя почти целое состояние. Знаешь ли ты реальную цену перстня, который у тебя на руке? Нет, не знаешь, если бы знала, ты не стала бы со мной пререкаться.

— Думаю, что у вас все будет хорошо, — криво улыбнулся Зико, — я пойду вниз. А когда закончите, спускайтесь к нам.

Зико еще раз строго взглянул на свою жену, стоящую на коленях перед Бертони, и направился вниз.

Ювелир стал гладить волнистые пряди Эдеры, продолжая тяжело сопеть. Пальцы Эдеры дрожали.

Наконец молния поддалась. А ювелир принялся стаскивать с себя галстук, расстегивать жилет.

— Скорее! Скорее! — говорил он, но потом вдруг странно задрожал.— Не спеши, не спеши, маленькая, делай все нежнее, еще нежнее.

— Погодите, сеньор Бертони, мне нужен лосьон, он там,— возбужденно проговорила Эдера, поднимаясь с колен.

— Лосьон, так лосьон, — закатив глаза, пробормотал ювелир.

Эдера подошла к комоду, а ювелир, расставив в стороны потные ладони, двинулся за ней следом.

— Ну погодите же, — взмолилась Эдера, — не так быстро, не стоит торопиться.

Она вытащила ящик, нащупала старинный кинжал. А сеньор Бертони уже навалился на нее и стал срывать с женщины шелковую рубашку.

— Скорее! Скорее! — тяжело хрипел ювелир.

Эдера выхватила клинок из ножен, развернулась и только сейчас Бертони заметил в руках женщины нож.

— Ах ты сволочь! — подняв кулак, крикнул он и тут же взвизгнул.

Длинное лезвие кинжала вошло в его объемный живот почти до самой рукоятки. Мгновенно на белой рубашке появилось кровавое пятно.

Эдера выдернула кинжал и, зло сверкая глазами, поводила окровавленным лезвием перед насмерть перепуганным ювелиром.

— Только подойди ко мне, только попробуй, я перережу тебе горло! Запомни, грязная скотина!

Ювелир, пошатываясь, отошел в сторону, затем посмотрел на свои ладони, перепачканные липкой кровью.

— Она меня убила... убила... — шатаясь, закричал он и двинулся из спальни.

А Эдера прижалась к комоду, держа перед собой кинжал.

Ювелир, тяжело ступая, спустился по лестнице, пачкая перила и ступени кровью. Зико и сеньора Роза сидели за столом и потягивали коньяк.

— Она меня убила, помогите! — прохрипел сеньор Бертони и двинулся на сеньору Розу.