Книга Родственные души в Сеуле, страница 32 – Сьюзан Ли

Но этим летом у меня есть Ханна. И если я хочу сделать все, что собирался сделать в Сан-Диего, мне пора поднять задницу и осуществить это. А если, кроме того, я смогу выиграть чуть больше времени вдали от требовательной студии, тем лучше. И я не буду испытывать чувства вины за свой план.

— Ублюдок! Ты напугал меня до чертиков! – кричит она шепотом, залезая в окно своей спальни и заставая меня сидящим на своей кровати. Она потирает макушку, которой нечаянно стукнулась о раму.

— У тебя довольно острый язык, – ухмыляюсь я. Голос у меня спокойный, холодный, сдержанный. Вот оно. Теперь моя очередь получить то, что я хочу.

Ее загорелые щеки становятся слегка розовыми, и мне хочется улыбнуться, понимая, что я ее пронял. Но я этого не делаю. Я держу свое лицо под контролем. Я довольно хороший актер, черт возьми. По крайней мере, так мне говорят. Мне же за это платят. Что ж, заработаем этот кусочек сыра.

Она встает и кладет руку на бедро.

— Что ты делаешь в моей комнате? – Чего-то в этом роде я и ожидал.

— Жду тебя, – отвечаю я как ни в чем не бывало. – Хорошо провела день в лагере спасателей?

Ее глаза лезут на лоб.

— Ты… ты… ты следил за мной? – шипит она.

— Стопудово, – спокойно говорю я.

Ее ноздри раздуваются, и раздражение волнами исходит от тела, устремляясь прямо на меня.

— Да как ты смеешь? Как ты мерзок! Годы жизни в Корее превратили тебя в настоящего отморозка. Не знаю, ребята, как у вас там все устроено, но здесь, в Америке, это не нормально.

— О, я помню, как все устроено здесь, в Америке, – говорю я, вставая и перенося большую часть веса на здоровую лодыжку, чтобы не показывать ни малейшей слабости. Ханна откидывает голову назад и презрительно смотрит на меня. – Парни вроде Нейта Андерсона задирают малышей, обкрадывают и запугивают их. И, видимо, все девушки по уши влюбляются в такое дерьмо. Не так ли, Ханна?

Ее рот приоткрывается, и я не совсем уверен, попытается ли она отрицать это, извиниться или послать меня к черту. Однако я продолжаю, прежде чем она успевает что-то сказать.

— Послушай, мне все равно, с кем ты тусуешься или перед кем выставляешь себя дурой. Но держу пари, твоей маме было бы любопытно узнать, что ты тайком сваливаешь из дома, когда она запретила тебе ходить в лагерь спасателей. Не знаю, что между вами происходит, но у меня есть подозрение, что она такая же большая поклонница Нейта Андерсона, как и я. Я всегда любил и уважал твою маму.

Ее кулаки сжимаются, а я продолжаю играть с огнем. Не могу остановиться.

— А вот мне очень хочется повеселиться этим летом. И у меня есть целый список того, что я хотел бы сделать, мест, которые хотел бы посетить, блюд, которые хотел бы съесть. У меня не так много свободного времени, и я собираюсь использовать его по максимуму. Можешь рассматривать это как список предсмертных желаний на лето для обычных подростков, которые я бы осуществил здесь, если бы не стал известным актером в Корее. – Я чуть не кайфую от собственных слов, но останавливаюсь. Я почти у цели. – Но для всего этого мне нужен транспорт. Итак, Ханна. – Я подхожу к ней еще ближе, нас разделяют всего несколько дюймов. От нее пахнет хлоркой, кокосами и солнечным светом. Я смотрю ей в глаза и удерживаю ее взгляд, заставляя отвернуться. – Этим летом ты будешь моим шофером.