Книга Под прицелом. Личное дело генерала Ханина, страница 38 – Виктория Волкова

— Неудобная колодка, прикинь!

— Зато красивые, – разглядываю серо-голубые туфельки с острым носиком.

— Померь, если хочешь, – Кира снимает туфлю с ноги. Подает мне.

Обычно я не ношу чужие вещи и обувь. Но это же Кира! Мы с ней во время учебы в университете менялись шмотками. И я до сих пор с улыбкой вспоминаю то время.

— Давай, – на автомате подхватываю за каблучок. Быстро скидываю свои балетки. Обуваю туфельку и тяну довольно. – Кирюха, не придумывай. Удобные очень. Вот прям по ноге!

— Тогда держи вторую! – смеется Кира.

И я, обув Кирины туфли, устремляюсь к зеркалу. Оно у нас большое. Прямо около двери висит.

— Ты погляди, как классно! – кручусь во все стороны.

— Хочешь, я тебе их подарю? – заговорщицки подмигивает Кира. Смотрит на меня задумавшись. Точно знает все мои доводы про Николая. – На работе будешь таскать, – добавляет решительно. – Носи на здоровье! – чмокает в щеку.

— Ой, а ты? – запоздало вскидываюсь я.

— Сейчас в твоих балетках добегу до рабочего места и обую замшевые с золотыми бантиками. Я сегодня в них пришла…

— Кир, – растерянно оглядываю собственные ноги. – Мне неудобно…

— Неудобно трусы на глобус натягивать, – отмахивается она. – Ты лучше посмотри на себя. Как же красиво с каблуками. Ты теперь такая… ммм… – причмокивает она губами. – Настоящая леди… Еще бы жемчужную нитку на шею, – тянет мечтательно и тут же спохватывается. – Ой, Златка, почти двенадцать… Сережа мой просил не опаздывать… У Севастьяна Михайловича не так много времени.

— Бежим!

Прячу документы в сейф. Хватаю сумку. Кошусь на подружку, всовывающую ноги в мои балетки. Выкинуть их нужно! Обязательно!

Вместе с Кирой захожу к ней в кабинет. А там тетки наши греют борщ в микроволновке. К горлу подкатывает тошнота.

— Я тебя в коридоре подожду, – ретируюсь поспешно.

Останавливаюсь около открытого окна. Судорожно вдыхаю воздух. Легчает немного.

«Может, я залетела?» – тереблю в руках сумочку.

От Николая? Да ни за что!

Вязкий ком перекрывает горло. Голова кружится. Нет. Я не хочу. Если родится второй ребенок, я точно никогда не выберусь из проклятой ловушки. Муж будет держать меня на цепи. Тогда точно прощай работа и Севастьян Михайлович.

Сердце сжимается от боли, стоит только подумать о Ханине. Мне он нравится. Очень. Без него моя жизнь станет просто невыносимой.

— Тебе не плохо? – вылетает из кабинета Кира.

— Нет, все хорошо. Надя с Ирой борщ греют. Запах ужасный, – поясняю, а у самой от страха поджилки сводит.

— Да их Руденко каждый день ругает. Уже обещала штрафовать. Не архив, а харчевня какая-то, – смеется она. А я только сейчас замечаю у нее в руках пакет с моими балетками.

— Ты их с собой решила взять? – приподнимаю бровь.

— Да. Если ты позволишь, – смеется Кира. – Давай их торжественно выкинем.

— А давай! – соглашаюсь я.

И проходя по улице мимо мусорки, бросаю старую растоптанную обувку в пустое зеленое чрево бака, словно прощаюсь с прежней жизнью.

— Кир, хочу тебя попросить, – беру подружку под руку.

— Что? Я все сделаю, – преданно смотрит на меня.

— Купи мне, пожалуйста, какие-нибудь противозачаточные таблетки. Не хочу залететь от Николая.

Глава 24.

Глава 24.

С самого утра все летит по звезде. Я срываюсь на подчиненных. Особенно достается подполковнику Меркулову.