Книга Предсказание, страница 71 – Villa Orient

— Ну спрашивай, Марина.

Я всё же решилась начать разговор.

— Что будет потом?

— Когда?

— Когда родится ребёнок?

— Как я уже говорил, у тебя будет выбор, который ты сделаешь сама.

— Какой выбор?

— Марина, я могу дать ответы на все твои вопросы, но ты не готова к ответам на них.

— Готова.

— Если бы ты была готова, то знала бы ответы сама.

— Я знаю ответы. Вариантов ведь не много. Я выполню роль инкубатора, ты организуешь мне обратный билет в Москву.

— Если ты этого хочешь, Марина.

— Как мне потом жить?

— Ты можешь жить как раньше или изменить свою жизнь, тогда всё будет по-другому. Меня не будет рядом, чтобы говорить тебе, как жить и что делать.

— Ты думаешь, я смогу после всего этого жить?

— Если не сможешь, оставайся, Марина.

— В качестве кого?

— Тебя не устроит качество, которое я могу предложить, потому что ты этого не хочешь. Блоки в твоей голове, Марина.

Хабиб стоял в стороне, ничем не выдавая своего присутствия. Я не знала, слышит ли он наш разговор и понимает ли. Да и мне сейчас было всё равно. Стол был накрыт и ломился от разнообразных блюд. Но у меня совсем пропал аппетит.

Зачем я только спрашивала? Я и правда была не готова к ответам. Да и какие ответы он мог мне дать? «Всё будет хорошо, Марина». «Выходи за меня замуж». «Я люблю тебя». Хотела ли я таких ответов? Вероятно, нет. Мне вообще не нужны были ответы. Я хотела действовать. Я встала, но Хамдан поймал за руку, настойчиво усаживая обратно.

— Не уходи в таком состоянии, Марина.

Некоторые не слышат, что я говорю, но Хамдан слышит мои мысли. В отличие от меня, он всегда был хладнокровным и рассудительным. И даже сейчас он знал, что я в таком состоянии могла наделать глупостей, например, броситься за борт от безысходности. Сопротивляться его несгибаемой воле было невозможно, по крайней мере, у меня таких сил не было. Поэтому я осталась. Хамдан махнул рукой, и Хабиб подошёл. Я плохо ела, но всё равно немного успокоилась. Обида слишком недолгое и непостоянное чувство.

После ужина я не знала, что делать. Идти в каюту с единственной кроватью мне не хотелось. Хамдан достал шаль и накинул мне на плечи.

— Вечером прохладно, Марина.

Я вышла на воздух. Небо было полно звёзд. В Москве в постоянном освещении мегаполиса звёзд почти не было видно. Но здесь, живя за городом, где на 11 километров вокруг не было ни одного освещённого жилища, и теперь находясь в открытом море, звёзды светились так ярко, что они явно складывались в созвездия. Растущая луна тоже была другой, не просто блёкло-серой, а с голубоватым отблеском и мягким серебряным свечением вокруг диска.

Море было спокойным. Яхта стояла на якоре и даже не качалась. Я подошла к краю борта и оперлась на перила, глядя в морскую глубину. Волны слабо плескались о борт, вода сейчас казалась почти чёрной, и в ней отражались луна и звёзды. Я пыталась разобраться в себе. Осознание пришло неожиданно. Я не могла закончить свою жизнь, потому что я больше не была одна. Я пока не чувствовала себя беременной, но здравый смысл удерживал меня от рокового шага. Я постояла и подышала, потом пошла в салон.

Хамдан всё ещё был там и теперь работал за ноутбуком.

— Здесь есть другие каюты?

— Есть, Марина, но они не подготовлены.

— Мне подойдёт и так.

— Мне так не подойдёт.