Книга Всё равно не убежишь, страница 86 – Татьяна Катаева

Надо было ответить, что я тут. Что убираться не надо. Но я отчего-то не могла. — Ой,

извините, я думала тут никого. Ведь я долго стучала.

Интересно сколько времени? Утро, наверное, уже. Так почему она с утра пришла в номер для

молодоженов?

— Эй, вы как? Мне уйти? — голос у девушки совсем молоденький. Наверное, годами как я.

— Кх-кх, — все, что могла я ответить.

— Вам помочь подняться? Боже, да вы горите, — она коснулась моего лба, наверное. Или откуда

узнала, что у меня жар?! Ведь я не чувствовала ни прикосновений к коже, ничего.

Я слышала, как она звонила в скорую помощь. Потому что я ей не отвечала.

А потом снова провал в памяти.

Очнулась я уже в больнице. Вокруг меня были медики, капельницы и тихий шепот. Где-то далеко

слышала голос мамы и папы. Даже голос отца Эльдара, где-то в сознание проскакивал. И только

его голоса не было слышно. Тишина.

Так я в больнице провела две недели. Врачи напугали семью, что у меня может повториться

угроза выкидыша и лучше мне побыть ещё под присмотром. Ведь как раз заканчивался первый

триместр беременности. Опасность для выкидыша становится в разы меньше.

Эльдар ни разу не пришел меня проведать. Присылал цветы и фрукты с доставкой. Не было

записок, но я знала, что это от него. Извинялся таким образом? Вряд ли. Это я ранила его. За

что ему извиняться?

Часто видела его с окна палаты. Он опирался об капот машины и курил сигареты. Я же сидела

на подоконнике и наблюдала за ним. За те, десять — пятнадцать минут, что он стоял возле

входа в больницу, он всего один раз поднимал глаза вверх на мои окна. Не знаю, было ли ему

видно меня на третьем этаже, но он смотрел. А потом разворачивался и снова уезжал. Всегда

сам. Всегда без курточки. Всегда десять — пятнадцать минут. Всегда один взгляд вверх.

Вот такое немое и странное наше общение. Но по возвращению домой, я знала, что будет только

хуже.

В день выписки он тоже приехал. Как положено с цветами и с родителями. Вручил цветы и даже

не поцеловал в щеку. Хотя бы для приличия перед родителями поиграл. Ну и ладно.

За эти две недели я успокоилась. Ошибку свою не признала. Его виноватым в своей болезни

сделала.

Итог, применение нам не светит.

Опять-таки, за эти две недели, в мой спящий организм Эльдар все равно умудрялся врываться.

И всегда. Везде он с другой. То с блондинкой. То с шатенкой. То их трое. Они веселятся.

Отрываются. И только я стою в уголке и смотрю на них.

Вот с подсознанием я ничего не могла сделать. Внешне я скала и броня. Внутри опустошена. Но

он об этом не узнает. Как сказала бабуля, я должна быть хозяйкой.

Правда, первый день, я снова провалялась в постели. Давление сильно упало. И я даже голову

поднять не могла.

Всё началось, стоило мне переступить порог его квартиры. Голова закружилась, и я чуть не

рухнула. Он подхватил меня и отнес в постель. За всё это время мы не обменялись ни одним

словом.

— Скорую? — нарушает он первым наше молчание.

— Нет. Ни в коем случае. Меня снова запрут, — быстро парирую я. Хотя ему, наверное, на руку

моё заточение там. Никто под боком не мешает.

Быстро принимаю положение, сидя, и осматриваю нашу спальню. Пытаюсь увидеть какие-то

доказательства, что приводил сюда кого-то. Но предательница голова, снова кружится и перед

глазами плывет.