Онлайн книга «Пробуждение»
|
— Умник, слышишь? Прием! Мусорные завалы вокруг становились все выше. Далеко впереди в небо торчали серые стены заброшенного мусоросжигательного завода, похожего на огромный готический замок из бетона. На экране планшета возникла голова Умника, зашипело, донесся его голос: — На связи! Слышно? — Давай рассказывай, – ответил Скрай, заглядывая через плечо Тайма, который на ходу поднял планшет так, чтобы все мы видели экран. — Собрал, что успел. Полазил по архивам, откопал пару сослуживцев Хирурга. У одного взял интервью, вроде я журналист из «Вестника ветеранов». Голову Умника сменила фотография мужчины в армейской форме. Новое фото – он стоит вместе с тремя военными на фоне глинобитных восточных домов. — Хирурга зовут Михаил Семенович Глебов. Действительно хирург, причем армейский, последнее место службы – Сирия. Был начальником госпиталя, сам делал операции. Из тех, на кого можно положиться. Три награды… Так… На экране возникло фото какого-то документа с неразборчивой печатью внизу, его сменил кадр, сделанный высоко сверху: разрушенные дома, дырявые крыши, трупы на улицах, все это желто-бурое, припорошенное песчаной пылью. По углам снимка виднелись линии рамки, в центре было наложено перекрестье с кругом. Умник продолжал: — Городок рядом с частью Глебова попал под ракетный удар. Массированный, по ошибке. А в городке была больница, куда свозили раненых из соседних поселков. Так там почти все было разрушено, кто успел – сбежал, кто не успел – погиб. В живых остались человек десять тяжелораненых: дети, подростки. Дрон летел невысоко над нами, цвет его снова поменялся на голубой, с легкими белесыми разводами, так что он стал почти не виден на фоне неба. Звука винтов мы вообще не слышали – мухи на свалке жужжали гораздо громче. Умник продолжал: — Тогда Глебов сел в машину с тремя подчиненными – и туда. Оказать помощь, вывести всех, кого еще можно. Машина подорвалась на мине, двое погибли, третьему разворотило ноги. Сильно контуженный Глебов взвалил товарища на плечи и потащил на себе к городу. С собой взял только медицинский чемоданчик – пристегнул к поясу – и пистолет. Ни карабина, ни гранат, ни БК, ничего больше, лишний вес… Товарищ по дороге скончался от потери крови. Оставив его, Глебов добрался до больницы, где еще были живые. Но когда вошел в город, с другой стороны в него вбежала стая псов. — П-псы? – впервые подал голос Мутабор. – Одичавшие? — Это была серьезная проблема в тех местах. Из-за войны появилось множество голодных собак, которые собирались в стаи… — Они напали на госпиталь? – понял я. — Ворвались туда и напали на раненных. Кого-то сожрали. Глебов пытался защищать их, но здание было серьезно разрушено, там уже негде было запереться, все окна выбиты, в стенах проломы… Он убил несколько псов, расстрелял весь боезапас, часть сумел прирезать, кого-то задушил. Сам был почти смертельно покусан, но смог по лестнице забраться на антресоль, втащив за собой сирийскую девочку. И даже попытался сделать ей операцию, но потерял сознание от болевого шока. Девочка истекла кровью. Глебов пролежал рядом с ее телом сутки, пока в город не прибыла помощь. – Голос Умника прервался. Мы миновали пирамиду спрессованных в прозрачно-голубые слои пластиковых бутылей, обошли холм какого-то гнилья. Запахи крепчали. |