Книга Двадцать два несчастья. Том 10, страница 88 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Но она делает попытки отжать у меня часть жилплощади. Нервы треплет.

— Ох, знал бы ты, Сергей, сколько такого я насмотрелся! — притворно вздохнул Караяннис. — Портит, портит жилищный вопрос наших граждан! Ладно, ты мне сейчас зубы ерундой не заговаривай, или ты на моей груди порыдать просто хотел? У меня буквально пару минут есть, пока суд принимает решение — у нас перерыв. В общем, слушай сюда, у меня есть новости поважнее.

— Что-то новое по нашим делам?

— Да! По поводу завещания академика Епиходова. Хорошая новость, мы нашли концы этого актера, ну… который изображал нашего ученого старикашку. Это раз. — Он сделал паузу, чтобы дать мне возможность восхититься.

Я восхитился, хотя слова про старикашку неприятно резанули:

— Это же супер! — осторожно сказал я, добавив в голос побольше радости.

Караяннис благосклонно принял мои овации и продолжил:

— Слушай дальше. Сейчас мои люди поехали в Ульяновск, и вот там концы этого актера резко обрываются. Очевидно, он оттуда. Но вот куда потом девался — вообще неясно.

Он тяжко вздохнул и продолжил:

— Во-вторых, можешь нас немножко поздравить. Алексей, это мой новый сотрудник, толковый парень, короче, он нашел ниточки, которые связывают супругу покойного академика Епиходова Ирину и этого самого нотариуса.

— О как! — ошеломленно сказал я и чуть телефон из рук не выронил.

— Да, представляешь, «ВКонтакте». Этот нотариус несколько раз лайкал там Ирину. Причем еще за два года до того, как умер академик Епиходов. И она тоже писала ему разные комментарии под фоточками.

— А что за комментарии?

— Скрины мы сделали, но еще не все соцсети проверили. Да ничего там такого нет, обыкновенные гифки и смайлики, сетевая ерунда, в общем. Но сам факт того, что они общались — уже звоночек…

— Может, совпадение? — спросил я с потаенной надеждой.

Все-таки за два года до моей смерти… Обидно, знаете ли! Есть же эта самая «теория шести рукопожатий»: будто бы любых двух людей можно связать цепочкой всего из нескольких знакомых. А в соцсетях это особенно заметно — общие друзья, подписки, пересечения по городам, школам и работам. Мир только кажется большим.

— Но это мы еще проверим. Это два. А вот три… — Караяннис сделал театральную паузу и вдруг рыкнул: — А что касается пункта три, я тебе ничего говорить не буду, пока ты не оплатишь наши услуги. Намек понял? Иван отправит тебе инвойс. Оплатишь — звони в любое время, обсудим. Таким клиентам я всегда рад. Все, мне пора! Бывай!

Он отключился, а я невольно чертыхнулся. Ну что мне так не везет?

Я замотался так, что совершенно не думал о деньгах. Касаемо моих дивидендов, мы с Алисой Олеговной договорились поднять этот вопрос после рождественских праздников, а вот запасы от прошлой жизни и БАДов почти исчерпали себя. Большую часть я отдал детям, что-то на ремонт пошло, плюс Москва… В общем, финансовый вопрос вставал все острее, и в санатории денег я быстро точно не заработаю…

Так-так…

Насчет стройки я не переживал, там все финансируется инвесторами, а я свой вклад делаю мозгами и руками. Насчет того, на что жить, — тоже. Еда у нас есть, мелочишка на бензин есть — и нормально.

Да кто ж знал, что Караяннис затребует оплату сейчас. И не заплатить никак нельзя. Уж я-то этого ушлого грека хорошо знаю. Так что нужно искать. Впрочем, я все равно был рад, что поговорил с ним по поводу Валерии, убедившись, что закон на моей стороне.