Книга Двадцать два несчастья. Том 7, страница 114 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Ну-ну, даже не сомневаюсь, что ты, Серега, под шумок решил руки погреть! — расхохотался Караяннис.

— Да нет, я же все по-честному. Тем более я хотел предложить вложиться в санаторий и Алисе. Включил бы и ее в совет директоров, потому что уж что-что, а бизнес-хватка у нее есть.

— А что, большой там совет? — внезапно заинтересовался Караяннис, словно матерый кот, почуявший сметану.

— Я и еще один человек. Михалыч… — сказал я и тут же поправился: — Александр Михайлович.

— Это не тот ли Михалыч, который в Казани «большой человек»? — понятливо хмыкнул Караяннис. — Ракицкий? Слышал о нем, когда занимался твоим делом.

— Наверняка тот, — сказал я, а сам мысленно хмыкнул — фамилию Михалыча я услышал впервые.

— Да уж, Сергей, хватка у тебя ничего так. А еще места для других членов совета директоров у тебя там есть?

— Неужели вы тоже решили отечественное здравоохранение поддержать? — натянуто хохотнул я.

— А почему бы и нет? — сказал Караяннис и после небольшой паузы вдруг признался: — Кстати, Николь и у меня в свое время немало крови попила.

Я чуть не заржал вслух, но вовремя сдержался. Уж ту историю я прекрасно знал, как Николь на него охотилась. Но в последний момент получилось так, что там подсуетилась другая дама, помоложе и понахрапистей. И Николь осталась с носом. А так бы Караяннис тоже попал. И он это понимал, поэтому и подшучивал сейчас сам над собой.

Впрочем, насчет его желания поучаствовать в проекте санатория решать я ничего не торопился, потому что, как говорится, пусти козла в огород, и все незаметно перейдет Караяннису. Я знал этого жулика как свои пять пальцев. Поэтому сделал ход конем:

— Деньгами готовы принять. Проект большой, вложения понадобятся.

— Деньгами, — повторил Караяннис с такой интонацией, словно я предложил ему заплатить натурой. — Сергей, я юрист. Я не вкладываю деньги, а делаю так, чтобы чужие деньги работали правильно. Экспертиза, сопровождение сделок, защита активов. Вот мой вклад.

— Это другой разговор, Артур Давидович. Обсужу с Александром Михайловичем.

— Ну ладно, — помрачнел Караяннис, и по тону было не понять — принял он этот ответ или просто отложил до следующего захода. — В общем, Сергей, скажу так: и акции эти, и санаторий, и красотка Николь на горизонте… В общем, пободаться в этом дельце будет довольно-таки интересно. Оставить… эту гулящую женщину с носом — это же моя голубая мечта!

— Сейчас нельзя говорить это слово, — поучительно молвил я.

— Так я и так смягчил! — удивился Караяннис. — А мог бы и словом на «б» назвать!

— Не, я про другое. Про ваши цветные мечты — такое Роскомнадзор не одобряет. Поэтому говорите: бирюзовая мечта. Или лазурная.

Караяннис фыркнул от смеха, но потом заговорил серьезно:

— В общем, так, Сергей. Ты должен убедить Юмашеву, чтобы она забрала исковое заявление. Это будет самый простой и наиболее выгодный для тебя исход.

— Да как я ее уговорю⁈ — обалдел я. — Ее там Виталик ночью уговаривает еще больше.

— Ну, значит, будь более аргументированным, — усмехнулся Караяннис. — Тем более у тебя это получается, особенно с женщинами старшего возраста.

«О как! — подумал я. — Уже и про Анну, наверное, знает. Везде у Караянниса свои глаза и уши есть».

— В общем, повторяю, Сергей, это лучший вариант для тебя. Поговори с ней, причем не откладывай это дело в долгий ящик. Прямо возьми сегодня и поговори. Уверен, ты найдешь нужные доводы.