Книга Двадцать два несчастья. Том 4, страница 6 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Может, и давал, — почти под нос еле слышно пробормотал Мельник. — Разве все уже упомнишь?

— Хороших руководителей вы назначаете, если они даже таких простых вещей не помнят! — едко заметил громокипящий Караяннис в сторону Харитонова.

— Протестую! — подскочил юрист. — Анализ профессиональной компетенции Михаила Петровича Мельника не относится к рассматриваемому делу!

— Протест принят! — произнесла судья и бросила Караяннису: — У вас все?

— Да какое там все! — с оскорбленным достоинством всплеснул руками Караяннис. — Я ведь еще даже не начинал. Прошу пригласить Иванову Ольгу Романовну! Она даст пояснения, и мы вернемся к показаниям Мельника.

— Пока присаживайтесь, — велела судья багровому от переживаний Мельнику. — Потом продолжите. Пригласите Иванову!

С сотрудницей отдела кадров разговор провели быстро. Она, то краснея, то бледнея и поминутно заикаясь, поведала, что она новенькая и специфику делопроизводства в больнице знает поверхностно. И что Мельник сказал ей сделать приказ задним числом. Мол, Епиходов — алкаш и забыл написать заявление вовремя. И что нужно сделать так, а то он все выплаты потеряет.

— Та-а-ак! — протянула судья Филиппова. — Теперь и у меня появились вопросы к Мельнику.

Мельник, который все это время сидел весь красный, стремительно побледнел и подскочил на ноги.

— Я же хотел как лучше! — взвизгнул он, заламывая руки. — Епиходову грозило увольнение по статье, и я всего лишь хотел, чтобы он не получил запись в трудовую и не был уволен по статье! У него же вся жизнь впереди…

Голос Мельника сорвался, и он умолк, умоляюще глядя то на Филиппову, то на Харитонова. Смотреть на меня он избегал.

— Все ясно, — проговорил Караяннис, глядя на Мельника с брезгливой жалостью. — А приказ оперировать Лейлу Хусаинову разве не вы отдали Епиходову? При этом будучи уверены, что Епиходов — алкаш и в данный момент находится в запое? И отсюда еще один вопрос: а как вы допустили врача к работе, если сами же считали, что он вышел на работу пьяным? С какой целью?

Мельник не ответил, низко опустив голову.

— У меня вопросов больше нет, — развел руками Караяннис с видом «хотел как лучше, а вы же сами видите, что тут творится».

— Прошу садиться, — обратилась судья к Мельнику.

— У меня есть вопрос! — вырвалось у меня еще до того, как я понял, что ляпнул.

Мельник вздрогнул.

В зале и так было тихо, все боялись пропустить хоть слово, но после моего заявления все словно закаменели. Было даже слышно, как жужжит у кого-то вентилятор в ноутбуке и как шумно дышит Мельник.

— Задавайте, — кивнула Филиппова.

И я задал:

— Михаил Петрович, — тихо произнес я, в упор глядя на Мельника, — зачем вы так поступили?

Он громко сглотнул, побледнел, пошатнулся и вдруг осел на пол.

— Врача! Где врач⁈ Человеку плохо! — завопили присутствующие.

К Мельнику бросились Олег, Рамиль и Харитонов. Они принялись хлопотать вокруг него.

Я же не сдвинулся с места. Просто стоял и тупо смотрел, словно сомнамбула.

Суд пришлось прервать на двадцать минут. Мельника увезли на скорой. Остальные вышли кто в коридор, кто на перекур.

Я чувствовал себя неловко, ведь именно после моего вопроса Мельник упал. Он был багровый, дышал с натугой… Симптомы ладно, но, что интересно, Система молчала. Испортилась? Или же новая функция по распознаванию ядов аннулировала старую, по постановке диагнозов? Ну нет, это вряд ли. Мое оздоровление повысило функциональность Системы до 5%, значит, дело не в Системе. Дело в Мельнике.