Книга Двадцать два несчастья – 3, страница 52 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— О! — расплылась она в улыбке. — Танюшка! Сергей! Заходите, заходите! Я как раз чай поставила.

— Мы на минутку, — сказал я, оставаясь на пороге. — Марин, у тебя переноска для котенка есть? Одолжишь на пару дней. На дачу еду, Валеру не с кем оставить.

— Валероныча берешь? — умилилась Маринка. — Конечно есть! Сейчас принесу. Тканевая подойдет? Мусенька из нее выросла, а выбросить жалко.

Она исчезла в недрах квартиры, откуда доносилось мурлыканье и шорох кошачьих лап по линолеуму. Через минуту вынесла потрепанную синюю переноску с решетчатой дверцей.

— Вот, держи. Она в одном месте разорванная была, но я зашила. Вы же все равно за город едете? Только верни потом, мало ли.

— Верну обязательно. Спасибо.

— Ты бы, Мариночка, к врачу сходила насчет сна, — вставила Танюха. — Серега вон говорит, что недосып вреден для мозга.

— Да ходила я, — махнула рукой Маринка. — Выписали снотворное, а от него голова как чугун. Лучше уж так.

— Попробуй утром сразу на балкон выходить, минут на пять, на яркий свет, — сказал я. — Вечером легче уснешь. Свет подавляет мелатонин и перезапускает внутренние часы. А не поможет, заходи потом, я расскажу, как исправить сон.

Маринка посмотрела скептически, но кивнула.

— Ладно, попробую. Хуже не будет.

Танюха проводила меня до подъезда.

— Че это ты ее в гости заманиваешь? — с подозрением она посмотрела на меня, и выражение ее лица было отнюдь не воодушевленным. — У нее, между прочим, мужик есть. Имей это в виду.

— Хорошо, — не сдержавшись, хохотнул я. — Спасибо за предупреждение!

— Ну ладно, я побежала Степку будить, — чуть успокоившись, сказала она. — Удачи на даче.

Она махнула рукой и скрылась в подъезде.

В круглосуточном магазинчике Марата Светка, отсидевшая ночную смену, периодически клевала носом за прилавком и хмуро грызла карандаш, уставившись в газету с кроссвордом. Рядом стояла открытая банка энергетика.

— Доброе утро, — сказал я, проходя к холодильникам.

Светка подняла голову, окинула меня оценивающим, мутноватым от недосыпа, взглядом и кивнула, явно отметив трезвый вид и спортивную одежду. Со дня погашения долга она смотрела на меня почти дружелюбно.

— Чего тебе, Серый?

— Воды пару бутылок, сок какой-нибудь и… — я оглядел полки с алкоголем, — коньяк есть нормальный? Для отца, на дачу едем.

— Так девяти еще нет, — сказала она. — Не могу продать.

— Да? — я немного расстроился. — Ну ладно.

— Не ладно, раз отцу, — мотнула Светка головой и потянулась к полке, не выпуская газету из рук. — «Арарат» пойдет? Потом пробью просто.

— Пойдет.

После того, как она пробила покупки и уложила их в пакет, я заметил, что она снова уткнулась в кроссворд, постукивая карандашом по странице.

— Застряла? — спросил я.

— Да вот, — Светка раздраженно ткнула в клетки. — «Защитный механизм организма», девять букв. Вроде простое что-то, а не могу вспомнить. С утра голова ватная.

Я глянул на кроссворд.

— Иммунитет.

— Точно! — Светка вписала буквы и с подозрением посмотрела на меня. — Слушай, Епиходов, а ты вообще как? Вроде бухал беспробудно, а соображаешь будь здоров. Я вот кроссворды каждый день разгадываю, а все равно слова забываю. Имена путаю. Вчера соседку Галей назвала, а она Валя. Обиделась, дура.

— А сколько спишь? — спросил я, убирая покупки в пакет.