Книга Двадцать два несчастья. Том 2, страница 135 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Потом я опустил его на пол, и он потрусил к своей лежанке. На меня при этом старался не смотреть. Делал вид, что ничего особенного не случилось. Ну, подумаешь, сиганул со второго этажа и полчаса терроризировал весь двор воплями — с каждым может случиться!

Диана проводила его взглядом и хихикнула:

— Он у тебя как собака. Только хозяина признает.

— Угу, — буркнул я, глядя на торчащий из лежанки серый облезлый хвост. — Хуже.

Потом помог Диане снять пальто и предложил:

— Заходи, чаю попьем.

— Ну уж нет, — сказала она. — Твой Валера лишил меня ужина, поэтому одним чаем не отделаешься, Епиходов!

Я усмехнулся:

— Можем и поужинать… — И про себя тихо добавил: «И позавтракать вместе».

Но Диана этого уже не услышала, прошла в комнату.

Зато Валера, сидевший в своей коробке, проводил нас настороженным взглядом, но пока вел себя тихо. Видимо, понимал, что после сегодняшнего концерта во дворе лучше не высовываться.

В комнате Диана огляделась, потом зашла на кухню. Я следил за ее взглядом и невольно видел квартиру ее глазами: обшарпанные обои, продавленный диван, допотопный ноутбук на тумбочке, затрапезные занавески.

Не богато — это мягко сказано. Зато чистенько — спасибо Танюхе и ее генеральной уборке.

Но все равно, вот привел девушку домой, и стало как-то неловко за эту нехитрую обстановку.

Хотя Диана, похоже, не расстроилась. Скользнула взглядом по комнате, улыбнулась чему-то своему и деловито направилась на кухню.

— Давай помогу, — сказала она, засучивая рукава. — Что будем готовить?

Готовить вдвоем оказалось неожиданно приятно. Диана мыла овощи, я разделывал рыбу. Она резала помидоры, я крошил зелень. Мы то и дело сталкивались локтями в тесном пространстве кухни, и каждое такое касание отзывалось теплом где-то в районе солнечного сплетения.

Рыбное филе я потушил с травами в духовке — розмарин, тимьян, щепотка базилика. Салат соорудил из помидоров, сыра и зелени, заправив оливковым маслом. Не морской еж в крыжовниковом соусе, конечно, но тоже вполне достойно.

Пока ужин доходил в духовке, я заварил чай: имбирь, лимон, мята, немного шалфея. Такой сбор хорошо согревает и расслабляет одновременно. Главное — с пропорциями не переборщить, особенно с имбирем.

Мы сели за стол друг напротив друга. Диана с удовольствием принялась за рыбу, похвалила, попробовала салат — тоже одобрила. Потом обхватила ладонями чашку с чаем, вдохнула пряный аромат и посмотрела на меня поверх кромки.

— Ты в больницу собираешься возвращаться? — спросила она.

— Собираюсь, — машинально ответил я.

И завис.

Вот так ляпнул не подумав. А ведь получается, подсознательно мне действительно хочется вернуться к лечебной практике? Не в спа-салоне спины мять, а по-настоящему — в операционную, к пациентам, к тому, чем занимался всю свою прошлую жизнь?

— А когда? — не унималась Диана, подавшись вперед. — Ты же к нам в неотложку придешь, правда? Мельник тебя возьмет, я уверена. Он же видел, как ты работаешь.

— Точно не знаю, — попытался я уйти от ответа. — Там столько всего еще… суд, комиссия, восстановление документов… Я даже не уверен, что получится.

— А ты постарайся!

Она улыбнулась так, словно не сомневалась ни на секунду: мне все по плечу. Любые препятствия, комиссии, Харитоновы. Просто взять и сделать. Сложно было поверить, что ее вера в меня основывалась лишь на совместно проведенной успешной операции. Возможно, в ней было развито женское чутье. Как бы там ни было, такое отношение окрылит даже такого пожившего человека, как я.