Книга Двадцать два несчастья. Том 1, страница 85 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Так, на обед… Ну, тут нужно доедать мамин борщ, а на ужин…

С мысли сбило жалобное мяуканье, раздавшееся из коробки у батареи. Валера явно требовал внимания.

Я поднялся с матраса и заглянул в коробку. Котенок сидел, упершись мордочкой в пластиковый конус, который Танюха притаранила от кошатницы Марины Козляткиной. Выглядел он комично и немного жалко.

— Что, неудобно тебе? — спросил я, присаживаясь рядом. — Ничего, потерпи. Это для твоей же пользы.

Котенок снова мяукнул, но уже тише. Я осторожно погладил его по спинке, стараясь не задеть обработанные мазью участки с лишаем.

— Живучий ты, — пробормотал я. — Упорный. Прям есть мне с кого пример брать, братец.

Валера прищурил здоровый глаз (второй начал открываться, но не до конца) и слабо замурлыкал. Звук напоминал негромкое тарахтение игрушечного моторчика. Я продолжал гладить его, ощущая, как под ладонью расслабляется напряженная спинка.

А потом вспомнил: черт, я же купил ему корм! Совсем забыл после всех дел.

— Ты, наверное, проголодался, да? — спросил я котенка.

Мяуканье стало громче и требовательнее. Видимо, слово «проголодался» Валера понял правильно.

Я достал из разобранного пакета забытую баночку корма. Открыл крышку, и оттуда повеяло рыбным запахом. Не самый приятный, честно говоря, аромат, но котенок явно был другого мнения: учуяв привлекательную вонь, он уже выпрыгнул из коробки и засеменил ко мне, смешно раскачиваясь в своем пластиковом воротнике.

Выложив немного содержимого в блюдце, я поставил перед ним. Валера тут же ткнулся мордой в еду, забыв про все приличия. Конус мешал, но котенок упорно работал языком, слизывая каждую крошку. Ел он жадно, чавкая, с рычанием, будто боялся, что отнимут.

— Спокойно, спокойно, — приструнил я его. — Никто не заберет.

Доев, Валера демонстративно попытался загрести воздух лапой, явно намереваясь «закопать» миску. Потом, довольный собой, вразвалку отправился к коробке. Пузико у него заметно округлилось.

— Вот и молодец, — сказал я, убирая блюдце. — Теперь спать.

Я вернул котенка в коробку, и тот почти сразу свернулся клубочком у батареи. Через минуту он уже спал, издавая едва слышное сопение. И даже конус ему не мешал.

А я вернулся на матрас и снова прилег.

Так, на чем я остановился? Ага, анализировал свой день. Завтрак, обед…

Точно. На ужин съем пару маминых котлет (белок), гречку и миску квашеной капусты (пробиотики, витамины, клетчатка и органические кислоты для пищеварения).

У нас в больнице изучением пробиотиков последние десять лет занимались аж две группы исследователей. И, что интересно, результаты были схожими: регулярное потребление ферментированных продуктов улучшает разнообразие микробиоты, снижает воспаление и укрепляет иммунитет. Мои коллеги доказали, что пробиотики помогают поддерживать барьерную функцию кишечника (чтобы всякая дрянь не попадала в кровь) и даже влияют на настроение. И это только малая часть того, что они делают.

Также доказано, что каждые десять граммов клетчатки в день снижают смертность от всех причин на десять, а то и двенадцать процентов! Однако эффект не бесконечный, и после примерно тридцати граммов в сутки польза начинает выравниваться. Больше организм просто не успевает эффективно использовать. Впрочем… Да если бы в мире существовало лекарство с такой профилактической эффективностью, оно бы продавалось очень дорого! А тут клетчатка, которая как в виде добавок существует, так и в натуральном: семечки, орехи, зелень, овощи, фрукты, злаки…