Книга Единство 1, страница 59 – Данияр Сугралинов

Присев, я изучил мужчину. На вид лет сорока-пятидесяти, пышная седеющая шевелюра, собранная в конский хвост, умные глаза, широкая челюсть.

— Кто вы? Вы работаете на мистера Хагена?

Он энергично протянул руку:

— Я доктор Юрий Серебрянский. Там, в Калийском дне, именно я был с мистером Хагеном, когда твое сердце остановилось. Очень рад наконец познакомиться, потому что наслышан о твоих подвигах. А насчет моей работы… Алекс, прежде чем ты узнаешь об этом от кого-то еще, сразу скажу: я, так сказать, работал на Джошуа Галлахера и в некотором роде повинен в том, что произошло с твоей подругой Мелиссой. Но! Считаю, что…

Он начал оправдываться, а я смотрел на него и не верил ни единому слову. Если этот человек работал на Галлахеров… Первой реакцией было врезать ему, чтобы смять серебристую оправу и разбить стекло, да так, чтобы осколки вонзились в глаз… но я сдержался и тихо спросил:

— Повинны конкретно в чем? Что вы сделали с Тиссой?

— Э… Что? А, понял… — Он подумал и ответил вопросом на вопрос: — Алекс, ты слышал о Йоване Савич?

— Слышал. Она одна из пятерки отцов-основателей «Сноусторма». Странно, что ее тоже записали в «отцы».

— Фигура речи, — отмахнулся Серебрянский. — Я ее ученик. Мы вместе с ней и Олой Афелобу, еще одним отцом-основателем, работали над практической реализацией ее теории переноса сознания. Когда они… ушли, я продолжил работу и до последнего времени числился в «Сноусторме» в секретном отделе проекта «Пилигрим». Когда руководство потеряло веру в то, что у нас получится, меня переманила компания, аффилированная с Джошуа Галлахером. Там работали над тем же, правда, с другими целями, в истинную суть исследования меня не сочли нужным поставить в известность. Что-то связанное с клонами и продлением жизни. По крайней мере, я был уверен, что проект «Джеральдина» направлен именно на это — чтобы богатые аристо могли жить вечно.

— Это вообще реально? Перенос сознания, и все такое? И вообще, это же нелегально?

— Да, нелегально. Потому и отдел наш был секретным, и компания Галлахера пряталась вне любых юрисдикций и гражданских зон. И да, это реально. Знаю, что ты встречал цифровые копии бета-тестеров в Бездне, что лично знаком с Патриком О’Грейди и должен понимать, что перенос сознания не фантастика.

Я впервые услышал подтверждение того, что знал давно. Патрик родом из нашего мира. И Бегемот понял это первым.

— Вам удалось реализовать перенос? — спросил я.

— Нет, — устало ответил он, потряс головой, зарылся лицом в ладони. С головы посыпалась перхоть. — С точки зрения… Нет, не так. Все время забываю, что говорю с шестнадцатилетним подростком. Если просто, что-то пока неопределенное теряется при переносе, что-то, что в корне убивает когнитивные иска… Да елки-палки, извини, сложно упрощать то, что плохо понимают даже доктора наук!

— Вы говорите, а я, если не пойму, спрошу.

— Хорошо, — он кивнул, почесал подбородок и продолжил: — Все, что мне удалось, — это переносить ментальные слепки, куда входит набор привычек и быстрая память. Организм с загруженным ментальным слепком способен имитировать поведение оригинала, создавая правдоподобное сходство, но для полноценного функционирования требуется программирование. При создании клонов Мелиссы мы использовали прошивку человекоподобных роботов-компаньонов. Название «андроиды», как ты знаешь, не прижилось после тех печальных событий в Третьей мировой. Понятно, что живой мозг, как у клонов Мелиссы, работает не так, как процессор, но основные поведенческие шаблоны…