Книга Последняя битва-2, страница 247 – Данияр Сугралинов

Спящих не было и, насколько меня просветили, не будет на поле битвы, но они теперь везде, поскольку все пятеро воплотились в Дисе. По крайней мере я, инициал, ощущал их присутствие так же, как если бы стоял у алтаря в храме.

Далеко за моей спиной Большой По и его легаты, черпая дополнительные силы из чумных зиккуратов, воздвигнутых за ночь, выстраивали орду нежити, поднятой в Пекле.

Армия демонических мертвецов растягивалась гигантской подковой, костяк которой был собран из тридцати шести чумных хаотических моровых тварей Пекла — чудовищ, сохранивших зачатки разума и способности, которые делали их бо́льшим, чем просто ходячие трупы. Нежить было не жалко даже самому Ядру, а потому военный совет выставил ее второй линией.

Второй, потому что первой пойдут совсем уже расходные материалы — инсектоиды Роя. Он еще не прибыл, но должен был появиться с минуты на минуту. Благо Зо-Калар присутствовал на совете и знал, что делать.

Слева от меня, у подножия бархана, урчал какую-то фривольную песенку Шутник, занявший тушу ультрагиватира. От нетерпения трехголовый червь трясся и слегка подпрыгивал, отчего дюны осыпались, а песок стекал широкими лавинами, поднимая в воздух белесую пыль.

Где-то за моей спиной, невидимая для всех, кроме меня, ползала гигантская улитка — Абисмикс, универсальный Спутник Ушедших с бета-Меаза. Существо неслышно скользило по песку, только не за мной, а куда-то в сторону.

— Держись рядом, — велел я Спутнику.

— Простите, мастер.

Как оказалось, Абисмикс мог не только летать, но и цепляться за меня при телепортации, потому потерять я его не мог, но исследовательская сущность этого создания заставляла его активно изучать новый для себя мир, рискуя отстать.

Убедившись, что Спутник рядом, я закрыл глаза и позволил себе последнюю минутку слабости: вдохнул полной грудью воздух, который скоро будет пропитан дымом и кровавой взвесью, прислушался к биению собственного сердца — я все еще живой, все еще человек, все еще способный дружить и любить, несмотря ни на что, — и открыл глаза.

На востоке небо окрасилось полосой индиго. Краткий миг личного покоя подходил к концу. Приближалось время Последней битвы. И первым предвестником стал приход Роя — нарастающий шорох миллионов песчинок и вибрация, за ней последовали гулкие толчки, от которых барханы начали оползать сами собой.

Вместе с песком начал проваливаться в пропасть исполинский ультрагиватир.

— Помоги мне! — закричал Шутник, отчаянно и тщетно пытаясь за что-то зацепиться.

Я резко взлетел, когда бархан подо мной начал проваливаться, зацепив гиватира за остроконечный шип. От непомерной тяжести во мне что-то ощутимо хрустнуло, но силы хватило — и я отбросил живую гору в сторону.

К этому моменту треть обозримой пустыни опустилась, обнажив гигантскую воронку. Ее края все расширялись, засасывая тонны песка в черную пропасть.

Из этой бездны поднимался жук размером с небоскреб. Его панцирь был изрыт пещерами, откуда потоками сыпались мелкие инсектоиды. Он выбирался медленно, упираясь шестью лапами в края воронки, и земля стонала под его весом.

В небе тоже закипела жизнь.

Первыми вырвались мелкие, с кулак, москиты — тучи тварей, от которых предрассветное небо стало черным. За ними — тяжелые осы величиной с лошадь, брюшки их были раздуты от хаотического яда, жала длиной превышали копье. Стрекозы-разведчики с прозрачными крыльями в размахе с парус метались над воронкой. Следом взлетели черно-серебристые облака саранчи — мириады тварей с зазубренными крыльями, готовых превратить в труху все живое.