Книга Кодекс Охотника # 47, страница 129 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Пошёл дальше. Смена тела, вспышка силы, после которой от него ничего не удаётся разглядеть. Остановился, посмотрел ещё раз. Где именно потерял его? Что успел заметить перед этим?

На этот раз мысль удавалось закончить. Помнил, чем всё завершилось, но мог рассматривать отдельный удар, не возвращаясь тут же к исчезновению друга. Боль оставалась при мне. Просто теперь она не лезла в каждый расчёт, и уже это было огромным облегчением.

Добрался до первого удара и подался вперёд. Он шагнул, как пустотник. Этот переход я знаю, нужно будет сравнить. Затем голубая сила появилась на ладони. Снова останавливаю, возвращаю чуть назад. Рассматриваю, что именно показывал, когда объяснял, как нужно затягивать узел.

Позже разберу остальные приёмы. Отдельно посмотрю, как Дорничев его достал и почему пришелец позволил себя схватить в конце. Удивиться он тогда успел, значит, хотя бы этого не ожидал. Уже есть над чем подумать.

А если выяснится, что в нынешнем состоянии его действительно не победить? Улыбнулся и устроился поудобнее. Значит, снова придётся делать невозможное. Как именно, пока не знаю. Посижу, подумаю.

Один из них уже пришёл за моим ребёнком. Следом могут явиться остальные, и тогда дело коснётся всей семьи. Так что враги у меня теперь личные, с этим всё понятно.

Сколько времени Дорничев сумел нам дать, неизвестно. Тратить его попусту больше не буду.

Вернул изображение к началу. Пожалуй, пора перешагнуть следующий порог силы. Даже если после этого Земля выкинет меня к хренам…

Кресло в Цитадели оказалось даже удобнее, чем я его задумывал. Вино тоже не подвело, хотя пил я его больше для порядка, чтобы рукам было чем заняться. Перед креслом висела картина боя с пришельцем, и я в который раз гонял его от начала до конца.

Этот дятел мне уже надоел хуже горькой редьки. Его улыбочку я выучил наизусть, шаг пустотника разобрал на десяток кусков, а голубое пламя у него на ладони останавливал столько раз, что Кодекс, окажись он здесь, наверняка попросил бы прекратить издевательство. Плюс манипуляции со Скверной и битва с Ликвидатором крутились по кругу хрен знает какой час. Хорошо, что в Цитадели время течёт по-другому!

Толку от этого не было никакого. Каждый раз всё заканчивалось одинаково: он повторял за мной приём, делал его чище, а я летел спиной вперёд через сосну.

Значит, смотрю не туда. В драке так тоже бывает, когда лупишь в одну точку только потому, что она ближе остальных, а противник тем временем спокойно заходит сбоку.

Я отмотал к самому началу и на этот раз заставил себя на эту сволочь вообще не смотреть. Только на то, что вокруг. Лес, положенный кругом, дымящийся склон, дирижабль, который гудит где-то за хребтом. Мы бьёмся, гора лишается макушки, а планета под ногами ходит ходуном. Помню, тогда ещё подумал, что она будто пытается нам помочь и не знает как. Подумал и тут же забыл, потому что в этот момент меня как раз учили правильно держать запястье.

Сейчас я это мгновение остановил.

Кристаллы под сводом приняли картинку и развернули её, и я наконец рассмотрел то, что в бою ловил только краем глаза. Под воронкой, глубоко под землёй, сила самого Мира собиралась в узлы. Без всякого порядка, рывками, как собирается толпа, когда кто-то крикнул «наших бьют!», но никто толком не понял, где именно. Узлы тыкались то в меня, то в пришельца, то в Дорничева, то вообще в пустоту и расползались обратно. Земля хотела ударить, вот только, похоже, не понимала кого и как.