Книга Кодекс Охотника # 47, страница 103 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Аня всё это выслушала с вежливым лицом и пригласила на подписание проверяющего из Королевской палаты. Сухонький господин с печатью на цепочке сел в углу и приготовился свидетельствовать.

А Хельгу Аня с утра попросила просто посидеть рядом.

— Охранять тебя?

— Что ты? Украшать кабинет! — улыбнулась Аня. — Ты же королева. Пусть видит, с кем имеет дело.

Она сейчас и сидела, развалившись в кресле и поигрывая кинжалом, в то время как родовая Гидра в её ножнах, казалось, явно заинтересовалась гостем, который нет-нет да и настороженно косился в её сторону.

Лорд говорил долго, красиво о деньгах и процентах. Демоны-начертатели раскладывали листы. Проверяющий что-то записывал. Хельга же за это время успела пересчитать подбородки проверяющего, кольца в рогах лорда и узоры на потолке, а потом, сама того не заметив, заморозила себе чай. Прямо в чашке, вместе с ложечкой. Лина тихонько забрала чашку и принесла новую, а Хельга мысленно пообещала себе, что в следующий раз на переговоры возьмёт газету с кроссвордами. Хоть какое-то занятие.

— Сделка абсолютно чистая, — проникновенно сказал лорд, положив ладонь на договор. — Никаких подвохов, госпожа Анна. Слово чести моего рода.

Хлад кольнул так, что Хельга чуть не подскочила.

Это была ложь, густая, жирная и наглая, в каждом слове, включая «госпожа». Она даже не стала думать, просто положила ладонь на стол возле руки Ани, и по полированному дереву от её пальцев пробежала тонкая белая изморозь. Аня скосила глаза на иней, потом на подругу, и во взгляде у неё что-то щёлкнуло. Совсем как в кассе, когда сходится итог.

— Лорд, — мягко сказала она, — не возражаете, если моя сестра взглянет на договор? Она у нас в таких вещах разбирается.

— Разумеется, — лорд благосклонно развёл руками. — Мне нечего скрывать.

Хлад кольнул в третий раз. Хельга подтянула к себе первый лист и положила на него ладонь.

Пергамент покрылся инеем. Сначала по краям, потом всё гуще, белые узоры поползли между строк, и в этих узорах начали проступать другие строчки. Мелкие, тёмно-красные, будто выжженные, они проявлялись одна за другой там, где ещё мгновение назад было пустое место. Она подвинула лист к проверяющему. Тот надел очки, наклонился и начал читать вслух, сначала уверенно, потом всё тише.

— «…при просрочке любого платежа банк со всеми хранилищами, залогами и вкладами переходит в собственность заёмщика…» — проверяющий сглотнул. — «…а кровь управляющей обращается в счёт процентов…»

В кабинете стало очень тихо.

— Это что же получается, — задумчиво протянула Хельга, — ты, уродец, мою сестру по процентам пустить хотел?

Лорд улыбаться перестал. Свита за его спиной тоже перестала притворяться людьми: с демонов поплыла маскировка, раскрылись крылья, у кого-то из рукавов полезли когти, а по полу потянуло серой. Демоны-начертатели благоразумно спрятались за папкой.

— Ну наконец-то! — от души обрадовалась Хельга и поднялась.

Хлад вышел из неё сразу. По стенам кабинета рванул иней, на её плечах и груди сам собой проявился ледяной доспех, а ближайший демон, который уже замахивался, так и застыл, с поднятой лапой и очень удивлённым лицом, превратившись в довольно уродливую ледяную статую. Второго Хельга встретила кулаком в челюсть, и демон тоже уже в процессе превратился в ледышку, после удара превратившись в ледяное крошево. Третий попытался поджечь её адским пламенем, но пламя на подлёте покрылось инеем и осыпалось на ковёр красивыми красными снежинками.